Файбер уже стояла на улице в окружении других сородичей, собравшихся на рейв. Воздух гудел от басов, доносившихся из глубины переулка, и смешивался с дымом сигарет. Кто‑то громко смеялся, хлопал по плечам, хвастливо рассказывал, как «вломил кому‑то прошлой ночью».
В этот раз Файбер пришла без Сира. Ирма приняла это решение осознанно: пора дать Хлое шанс проявить себя. В глубине души она верила, что у девушки острый аналитический ум — такой, что разгадает любую загадку, найдёт зацепку там, где другие увидят лишь хаос.

Но тревога всё равно скребла изнутри. Ирма знала: Файбер легко отвлекается, теряется в толпе, отстаёт, стоит лишь на секунду потерять визуальный контакт. Сейчас ей было жизненно важно не выпасть из ритма, найти кого‑то надёжного или вклиниться в сплочённую группу. Обозначить их — и следовать, не теряя из виду.

Хлоя решила, что не станет цепляться за кого‑либо из толпы.

«Вот есть поток — и я буду частью его, — подумала она, — а может, и вовсе перехвачу инициативу».

Она расправила плечи, вслушиваясь в ритм басов, которые вибрировали где‑то под кожей. Толпа пульсировала, как единый организм: кто‑то вскидывал руки, кто‑то кружился в хаотичном танце, кто‑то застывал, закрыв глаза, — каждый плыл по своей волне.

Но едва Хлоя сделала шаг вперёд, намереваясь раствориться в этом хаосе, как уловила знакомый силуэт. Бен. Молодой анарх‑бруха, словно магнит для неприятностей, и, увы, для её нервов. Он уже пробирался сквозь толпу, ухмыляясь так, будто весь вечер ждал этой встречи.

Бен никогда не упускал возможности подкатить к Хлое — всегда настойчиво, дерзко, с этой вызывающей ухмылкой, будто вызов бросал не ей, а всему миру. Помнилось, как в прошлый раз он слишком уж расхрабрился — и получил такую затрещину от Ирмы, что отлетел на пару метров. После этого он не смел подходить близко, если Хлоя была под присмотром. Но сейчас Ирма отсутствовала, а Хлоя стояла одна.
Бен оказался рядом слишком быстро.

— Ну что, потеряшка, — его голос прорвался сквозь музыку, низкий и насмешливый, — сегодня без няньки?

Хлоя сжала кулаки, стараясь не выдать раздражения. Она знала этот тон — смесь провокации и вызова. Он ждал, что она вспыхнет, сорвётся, даст повод продолжить игру. Но сегодня она не собиралась играть по его правилам.

— Я не потеряшка, — ответила она ровно, глядя ему прямо в глаза. — И не нуждаюсь в няньке. А вот ты, похоже, без повода для конфликта заскучал?

Бен на мгновение замер, явно не ожидая отпора. Его ухмылка дрогнула, но тут же вернулась, ещё шире.

— О, да ты сегодня зубастая, — он сделал шаг ближе, но Хлоя не отступила. — Мне это даже нравится.

Хорошо, что в этот момент толпа пришла в движение. Кто‑то бросился к машинам, распахивая двери, кто‑то с рёвом заводил байки, а кто‑то, как и Хлоя, решил идти пешком — влиться в поток, раствориться в нём.
Хлоя выбрала последнее. Она рванула следом за толпой, стараясь не обращать внимания на анарха, который, конечно же, не отставал. Его силуэт то появлялся сбоку, то исчезал в толпе, но она чувствовала его присутствие — как назойливое жужжание где‑то на грани слуха.

Она включилась в процесс сразу. «Какой ключ? Где спрятан?»

Анархи рассыпались по улочкам города, как кровь по венам — быстро, целенаправленно, заполняя каждый переулок. Одни ныряли в арки, другие взбегали по пожарным лестницам, третьи замирали у стен, изучая граффити или что‑то выискивая в трещинах асфальта.
Хлоя замедлила шаг, окинула взглядом окрестности. Узкие проходы между зданиями, тусклые фонари, тени, пляшущие на стенах. Где‑то здесь должен быть знак — намёк, подсказка, ключ к следующему этапу игры.

Хлоя не стала ждать. Она свернула в узкий переулок, где на стене виднелось странное пятно — будто кто‑то стёр часть краски, оставив неровный контур. Приблизившись, она разглядела едва заметную метку: три пересекающиеся линии и точку в центре.

«Вот оно!» - подумала она.

Она достала смартфон, навела камеру на символ — приложение рейва тут же отреагировало: «Ключ № 3 найден. Следующий этап: площадь у фонтана».

Толпа снова пришла в движение, и Хлоя, улыбнувшись, хотела было броситься вперёд, но тут её задержал Бен. Толпа анархов уже скрылась где‑то за поворотом — догнать их теперь будет проблематично.
Файбер почувствовала, как руки наглого парня легли ей на талию. Он резко прижал её к шершавой кирпичной стене переулка, отрезая путь к отступлению.

- Слушай, отъебись от меня! –  резко бросила Хлоя, пытаясь оттолкнуть его. Её голос дрожал не от страха, а от ярости. — Я тебе уже говорила, что ты мне не нравишься!

Она рванулась в сторону, но Бен схватил её за кисть и сильно сжал. В его глазах вспыхнула злость — не игривая, как раньше, а настоящая, пугающая.

— Я тебя не отпускал. Ты останешься со мной здесь! — он вновь с силой притянул к себе Хлою, прижимая к стене и хватая за щёки, ощутимо сдавливая челюсть. Его взгляд был бешеным и озабоченным. Большим пальцем он провёл по её губам и уже наклонялся для поцелуя.. Но Хлоя не собиралась сдаваться. Резко сжав и разжав ладони, она изо всех сил толкнула Бена в грудь. Тот отшатнулся на два шага — и в тот же миг звонкая пощёчина обожгла его щёку.

— Ах, какая ты сучка! — расхохотался бруха, но в смехе уже звучала злость. Он сделал шаг вперёд, сжимая кулаки, и хотел было поставить Хлою на место — схватить покрепче, заставить подчиниться…

Как вдруг за его спиной раздался твёрдый голос. Бруха резко обернулся и заметив незнакомца, рявкнул в его сторону:

- Ты чо проблем захотел? Шел бы ты от сюда!

Отредактировано Chloe Faber (31 марта 20:55)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Хлоя была очень рада, что на этой пустой улице кто‑то появился и отвлёк этого примата на себя. Но почти сразу её охватило странное чувство — жалость. Девчушка замерла, наблюдая за незнакомцем. Он провоцировал Бена дерзко, почти вызывающе — будто именно этого и ждал. Словно искал повод с кем‑то подраться.

Жалость — плохое чувство, особенно в мире, где слабость съедают первой. Но именно сейчас оно было очень ощутимо.

«Зачем ты лезешь? — мысленно кричала она незнакомцу. — Уйди, пока не поздно!»

Хлоя знала Бена. Знала, на что этот псих способен. Он не просто вспыльчив — он опасен. Особенно когда задето его самолюбие. А ещё… ещё он вампир. А вот этот незнакомец… он выглядел как обычный человек.
Мысли метались в голове Хлои. Она сжала кулаки, ногти впились в ладони — боль помогла сосредоточиться.

«Если Бен поймёт, что он простой человек, — разорвёт на части. Буквально. И никто не услышит криков в этом глухом переулке».

Хотя… Впрочем, а какое ей дело до какого‑то прохожего? Сейчас главное — выбраться из крепких рук анарха и бежать, бежать как можно быстрее, дальше, продолжая рейв.

Мысль промелькнула холодно и расчётливо — как учил когда‑то Сир: «Не вмешивайся. Спасёшь одного — погибнешь сам. Выживание — это выбор».

И всё же…

Ей удаётся улизнуть, когда анарх ослабляет хватку. Девушка, даже не глянув в сторону незнакомца — дабы не спровоцировать собственную совесть, — быстрым шагом преодолевает уже несколько метров. Она почти убедила себя, что так будет правильно. Почти.

Но тут она останавливается.
Лязг цепи.

О, это был любимый инструмент Бена. Он наматывал цепь на кулак, и подобным образом атаковал, нанося оппоненту страшные увечья. Звук был узнаваем: холодный, металлический, с лёгким звоном звеньев, когда он встряхивал ею перед ударом.

Хлоя замерла.
Она обернулась.

«Он не справится, — пронеслось в голове у Хлои. — Бен убьёт его. Или покалечит так, что…»

Внутри всё сжалось. Она не могла оставить этого незнакомца умирать. Бен не остановится. Он будет бить и бить до последнего, наслаждаясь каждым ударом, каждым криком боли.

— Чёрт… — прошипела Хлоя сквозь зубы.

Она резко развернулась и бросилась обратно.

— Бен! Стой… не трогай его! — она смело подбежала к анарху, встревая в мужской конфликт и стараясь вновь перевести внимание на себя, как бы ей этого ни хотелось.

Файбер схватила анарха за куртку. Тот резко развернулся к ней — и ударил кулаком прямо по челюсти. Удар был такой сильный и резкий, что девушка потеряла равновесие и упала на землю.
Во рту появился металлический привкус крови. Она стиснула зубы, и быстро вытерла тыльной стороной ладони струйку крови, стекающую по подбородку.
Обида смешалась со злостью — горячей, обжигающей, заполняющей каждую клетку тела. Нет, она не заплачет. Слезы — это слабость, а слабость здесь съедают первой. Теперь ей хотелось совершенно иного: не уйти, не спрятаться, а дать отпор. Только мести. Только полного уничтожения.

— Тварь! — шипит она, поднимаясь на ноги и не отрывая взгляда от Бена. Её глаза сверкнули в полумраке переулка — не страхом, а холодной яростью.

Она перевела взгляд на незнакомца. Файбер подсознательно знала: он даст отпор незамедлительно. В её глазах заплясали искорки пламени — не просто злости, а боевого азарта. Она едва заметно кивнула ему, словно подавая сигнал: «Пора действовать».

Отредактировано Chloe Faber (6 апреля 20:57)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Был бы сейчас здесь её Сир, то досталось бы всем троим. Эта дама не упустит возможности навалять как следует — в отличие от Хлои. Хлоя умела быстро успокаиваться, если дело не касалось её близких. Но сейчас, глядя на разворачивающуюся сцену, она невольно сжала кулаки.
Когда началась возня между мужчинами, рыжеволосая успела приметить, что незнакомец, оказывается, тоже сородич. Это читалось в его движениях — слишком быстрых для обычного человека, слишком расчётливых.

«Пусть сами разберутся, а я посмотрю», — цинично промелькнуло в голове у девушки, и та опустила руки, чуть отойдя в сторону.

Но бой, к её удивлению, длился недолго. Хло невольно вздрагивает, когда слышит выстрел — резкий, оглушительный в замкнутом пространстве переулка. Звук эхом отскакивает от стен, заставляя её вздрогнуть и прижать ладонь к груди.

«Выстрел? Серьёзно?» — мысли метались в голове.

Эффективный метод против таких, как Бен, будь тот простым скотом. Но нет же… Это как стрелять в бешеную собаку: словив пулю, она может озвереть ещё сильнее.

Хлоя смотрит на свой телефон, который разрывается от уведомлений. Вибрация отдаётся в ладони, экран мигает тревожными красными метками. Открыв карту, Хло поняла, что группа анархов возвращается — и они скоро будут здесь. Маркер на дисплее мигает, показывая их быстрое приближение: три точки стремительно движутся по маршруту, уже в паре кварталов.

Она замерла, прислушиваясь. Да, точно — где‑то вдали, за поворотом улицы, ревут моторы пикапов. Звук нарастает, словно раскаты грома перед бурей: низкий, утробный рёв мощных двигателей, скрежет шин по асфальту, отрывистые гудки. Пикапы несутся как умалишённые по пустым дорогам — без оглядки на светофоры, без страха перед преградами.

- Бен хватит! – рявкнула она анарху.

Но Бен игнорировал угрозу — его сейчас никакие выстрелы не остановят. Ярость охватила его с головой, затуманила разум, превратила в неудержимую силу разрушения.
Незнакомец лежал на земле, но рука с пистолетом оставалась вытянутой — он был уже наготове нажать на курок. Пальцы дрожали от напряжения, но не от страха, а от усилия удержать себя: выстрел сейчас — это не решение, а провокация.
Но Хлоя прекрасно понимала, что даже если тот устранит Бена, это лишь начало. Что он будет делать с целой бандой? Что будет, когда они увидят, как угрожали их брату? Анархи не прощают таких вещей. Они не играют по правилам — они их диктуют.

Она действует стремительно — именно в тот момент, как слышит за спиной приближение машин. Рев моторов нарастает, фары выхватывают из сумрака очертания зданий, и Хлоя понимает: секунды на исходе.

Девушка ногой выбивает оружие из руки незнакомца — резкий, точный удар, от которого пистолет отлетает в сторону и звенит, ударившись о бордюр. Не теряя ни мгновения, она хватает незнакомца за воротник пальто, рывком оттаскивает на себя, а затем с силой толкает Бена в грудь — так, что тот отлетает на проезжую часть, едва не попадая под колёса мчащегося пикапа.

— А-а! — только и успевает вскрикнуть Бен, прежде чем его подхватывают чьи‑то руки из открытой двери машины.

Хлоя не ждёт, пока анархи сориентируются. Она успевает затащить незнакомца в тёмный переулок и буквально закрыть собой, вжимая его в стену между мусорными баками. Она не стала его даже с земли поднимать — тем самым наверняка перепачкала его одежду в грязи и пыли, но сейчас это было не главное.

— Заткнись, — зашипела Хлоя, закрывая ладонью рот мужчине, который явно собирался возмутиться или вырваться. В чем проблема потерпеть немного лёгкое доминирование со стороны рыжеволосой девицы, которая нависает сверху, но зато спасает его шкуру?

За спиной она слышит, как машины лихо проносятся мимо — с визгом тормозов, рёвом двигателей и грубыми криками анархов — а затем скрываются где‑то за поворотом. Хлоя ещё несколько секунд прислушивается, вглядываясь в темноту улицы: ни света фар, ни топота ног, ни эха голосов. Убедившись, что всё закончилось, она убирает руку от лица незнакомца и, встав на ноги, подаёт ему руку, чтобы поднялся.

— Теперь можно сказать, что мы квиты, — произносит она, слегка улыбнувшись. — Ты кем будешь? — поинтересовалась Хлоя.

Отредактировано Chloe Faber (6 апреля 20:58)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Ситуация, конечно, уникальная. Хотела Хло просто поучаствовать в рейве, почувствовать драйв и ответственность за саму себя — без опеки Сира. А в итоге, успела получить по лицу, так ещё и спасти чужую душу.

Всё‑таки нравилось Файбер, когда жизнь подбрасывала ей подобные сюрпризы: резкие повороты, внезапные знакомства, ситуации, где надо действовать здесь и сейчас, не дожидаясь совета старших товарищей. Кто знает, к чему может привести это новое знакомство с… сородичем?
Да, это точно он, и девушка в этом убеждается в очередной раз, когда мужчина берёт её за руку, чтобы подняться с грязного асфальта. Она помогает ему встать, слегка потянув на себя, и в тот же миг ощущает: температура тела ниже человеческой. Чуть заметный холодок проникает сквозь кожу — не мороз, но и не тепло живого человека. А значит, перед ней… друг или враг? Это надо будет ещё выяснить.

— Ф... Хар. Давно прилипло. Кхм, легко запоминается, всем нравится, - просто представился он и добавил: — Никогда не понимал, что девчонки находят в таких говнюках. Впрочем, моё ли дело... Сама цела? Надеюсь никто пушку не упер, мне придется задницу заложить, чтобы новую получить.

«Хар? — мысленно повторила Хлоя. — Это явно сокращение полного имени. Харлан? А, без разницы».

Впрочем, рыжеволосая бунтарка сейчас не хотела тратить на это время. А вот стоит ли ему рассказывать о себе? Вот это вопрос. Но хотя бы имя он должен знать.

— Я Хло, ага, тоже давно прилипло, — съязвила девушка. Да, её всё‑таки немного задело, что мужчина не представился ей целиком и полностью. Она поджала губы, и решила, что пора поискать пушку — а иначе Хар так и будет зациклен лишь на этой вещице, а не на новой знакомой.

Выглянув из переулка, девушка оглядела пустую улицу и глянула на дисплей телефона. Время было позднее — завалило за полночь, — но всё равно в такое время можно было увидеть гуляк: любителей ночных прогулок, запоздалых курьеров, парочки, засидевшиеся в барах. Однако сейчас улица была пустынна, лишь одинокий бродячий кот перебежал дорогу вдалеке. Причина, наверно, в том, что сегодня будний день, а завтра всем на работу и надо рано вставать.
Глянув на противоположную сторону улицы, девушка заметила возле бордюра то самое оружие и указала на него рукой.

— Да, я тоже не понимаю, как девочки могут встречаться с потенциальными козлами. Хорошо, что я не из числа таких, — Хло умолчала, что у неё был подобный опыт — воспоминания о том случае до сих пор вызывали досаду и лёгкий укол самоиронии.

— Я анархистка, — это она произнесла с едва уловимой ноткой гордости, чуть вздёрнув подбородок. — Верю в свободу без границ, в выбор без ярлыков, в жизнь без правил… ну, почти без правил.

— А ты… да, впрочем, неважно, — небрежно отмахнулась девушка, делая ещё пару шагов ближе к вооружённому сородичу и бросая внимательный взгляд на оружие у его бедра. В тусклом свете уличных фонарей металл отливал матовым блеском — явно не новая модель, но ухоженная, с выгравированными символами на рукояти.

— Почему оружие ты всегда держишь при себе? — продолжила Хлоя, чуть склонив голову. — Ты от кого‑то защищаешься или тебе есть чего бояться?

Отредактировано Chloe Faber (6 апреля 20:58)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Файбер периодически кивала, когда говорил Хар. Он казался весьма вежливым — без той самой быдловатой нотки, которая так часто встречалась среди обитателей их круга. Хар спокойно объяснялся, твёрдо и уверенно говорил, что не убил бы её приятеля.

«А лучше бы убил…» — промелькнула в голове у брухи.

Ирма хоть и часто ей говорила о том, что бруханы — это как семья, но даже в семье бывают утырки. Признаться, анархи пока не стали ей семьёй. Может быть, потому, что в ней нет того самого буйства, той необузданной свободы, которую Хлоя подсознательно искала в себе?
Ей хотелось бы проявить себя — и в некоторых рейвах это получалось: в те моменты, когда будто адреналин зашкаливал, когда мир сужался до чёткой цели, а тело действовало быстрее мысли. Но Хло не дерётся просто так. Нужна причина. Настоящая. Не надуманная, не ради показухи.

Ирма борется за справедливость. Хлоя уважала её за это — за ту неукротимую ярость, с которой подруга бросалась на защиту слабых, за веру в то, что мир можно изменить. Хотя… понятие справедливости у всех разное. Для Ирмы это — чёткие линии: добро и зло, свои и чужие, виновные и пострадавшие. Для Хлои же всё выглядело сложнее, размытее. Где‑то внутри она понимала: иногда «справедливость» — это просто чья‑то удобная правда, облечённая в благородные слова.

Хлоя по привычке закусила губу, задумавшись о чём‑то своём. Она хорошо знала себя — знала, что, хоть и старается казаться последовательной и рациональной, всё равно постоянно сталкивается с противоречиями внутри. В ней будто жили два человека: один хотел порядка, чёткого плана, предсказуемости; другой рвался наружу — хаотичный, импульсивный, жаждущий риска и ярких эмоций.
Эта внутренняя борьба изматывала. Порой Хлоя ловила себя на мысли, что просто устаёт от самой себя: от внезапных порывов, от резких смен настроения, от желания одновременно и бежать вперёд, и остановиться, всё взвесить, просчитать.

— Чтож, если ты анархистка, то я... Независимый, или почти независимый исследователь. Моя работа быть в неверном месте, в неверное время. Возникает вопрос— значит ты сегодня в правильном месте, в правильное время, да?

Она быстро вернулась в реальность, когда мужчина обратился к ней.

— Я была на рейве, а сейчас… — она глянула на дисплей телефона, проводя пальцем по экрану и проверяя, что удалось отгадать её братьям. Как оказалось, осталось пара мест, которые остались не разгаданными, и точный комментарий в чате: «Это всё лунатики, я в этом дерьме ничего не понял».

Хлоя фыркнула, убирая телефон в карман.

— Хм, тебе нравится разгадывать загадки? — она хитро заулыбалась, решив всё‑таки сразу приоткрыть завесу тайны и дать больше информации. — Нам надо разгадать пару загадок, явно оставленных малкавианами. Не все способны найти смысл — порой ответ бывает весьма очевидным. Это мне всегда нравится.

Она сделала паузу, глаза заблестели от азарта.

— Малкавиане способны даже самого умного человека ввести в заблуждение и надурить, как дурака. Какая прелесть! Мне они нравятся, — говорила она с некой долей восхищения. — Ну так, ты мне не поможешь? Одна голова — это хорошо, а две лучше.

Отредактировано Chloe Faber (6 апреля 20:59)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

О да! Хлоя будто ждала того, что Хар полюбопытствует, откуда такая любовь к этому клану. Конечно, нельзя было отменять тот момент, что вампир добавил от себя уточнение: оказывается, целых ТРИ головы — это лучше. Рыжеволосая решила не указывать мужчине на её внимательность — пока рано раскрывать все карты. Вместо этого она слегка наклонилась вперёд, ловя его взгляд. В шальной голове Хлои уже стали складываться некие догадки насчёт нового знакомого.

Они пошли вперед по улице. Спокойно. Пока некуда спешить. 

— То есть, тебя к этим загадкам привела симпатия к клану малкавиан? Малкавиан считают пришибленными и не воспринимают в серьёз. Редко встретишь тех, кто думает иначе...

— Кто так считает, сами умом не отличаются, — строго заявила она, но потом вновь смягчилась. — Мой Сир… У неё есть очень близкий друг, — бруха сделала паузу, подбирая слова получше. — Можно сказать, партнёр. Как я знаю, они очень давно вместе, и он — малкавиан.

Она на мгновение замолчала, будто заново вспоминая образ этого вампира. Перед глазами всплыла картина: высокий, с прямой спиной, взгляд — холодный и одновременно будто затерянный где‑то в иных мирах. Каждое его слово звучало так, словно он не просто говорил, а расшифровывал послание из другого измерения.

— Он кажется всегда таким серьёзным и сосредоточенным, и говорит странно, — продолжила Хлоя, слегка улыбнувшись. — Знаешь, ему хорошо пошла бы роль Бэтмена. — она понизила голос, стараясь спародировать глубокий, мрачный тембр героя из комиксов: — «Этому городу нужен герой…»

Хлоя рассмеялась, оживляясь.

— Только он не докапывается до каждого прохожего с вопросом: «А где детонатор?» - Она немного посмеялась, изобразив руками жест, будто допрашивает кого‑то.
— Когда он нас навещает, то часто мне рассказывает о том, как у вас всё устроено, — тут её голос немного поник. — Ты не подумай, я вас не жалею, но мне кажется, вам в этом прогнившем мире гораздо сложнее выживать.

Пока девушка говорила, сородичи уже успели пройти две улицы и именно в этот момент её навигатор издал короткий сигнал — вибрирующий импульс в кармане. Она достала телефон: карта показывала, что нужно свернуть.

- Пойдем, нам сюда.

Рыжеволосая свернула в переулок, включила фонарик на телефоне и осветила тёмную стену здания. Кирпичи были старыми, местами покрытыми мхом и граффити, но в центре участка — чистая поверхность с выгравированной загадкой. Точно такая же, как на скриншоте в общем чате рейва.

Хлоя поднесла телефон ближе, сверила изображение. Всё совпадало: верхний ряд символов — римские цифры, аккуратно выстроенные в последовательность, нижний — хаотичный набор знаков и цифр без видимой логики.

— Римская тройка не меняется, а значит, это конечный исход, — подметила рыжая, озадаченно закусывая край губы. — Но почему наверху цифры последовательно, а внизу — нет? Хм… А может быть такое, что в загадке две отгадки? Как думаешь?

Отредактировано Chloe Faber (11 апреля 07:35)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

За всю свою не‑жизнь Файбер мало сталкивалась с представителями каких‑либо других кланов, кроме бруха и малкавиан. И то лишь потому, что рядом было только такое окружение.
Ирма рассказывала о других кланах — о расчётливых тореадорах, таинственных носферату, холодных вентру, — но встречать их лично Файбер ещё не приходилось. Каждая история Сира звучала как легенда: кланы казались не просто сообществами вампиров, а отдельными мирами со своими законами, обычаями и опасностями.

Ирма опекала Хлою и сильно беспокоилась за неё. В голове у неё крутились тревожные сценарии: вдруг юную бруджу втянут в какую‑нибудь авантюру? Обманут, оставят ни с чем, используют её пылкий нрав в своих целях? Ведь Хлоя была как искра — яркая, порывистая, готовая броситься навстречу новому без оглядки.
Сама Файбер всегда стремилась познать этот мир самостоятельно, чтобы сделать собственные выводы. Она ценила опыт выше чужих слов, предпочитала проверять всё на себе — но нельзя сказать, что она не прислушивалась к Сиру. Ирма уже давно в ночи, её мудрость была выкована годами выживания в этом жестоком мире. Её советы были как карта в лабиринте: можно идти своим путём, но глупо игнорировать отмеченные ловушки.

Когда Хлое наконец разрешили самостоятельно покидать убежище, молодая бруджа с нескрываемым интересом наблюдала за каждым сородичем, которого встречала. Она впитывала всё: манеру держаться, интонации голоса, взгляды, жесты. Для неё каждый незнакомый вампир был загадкой, которую хотелось разгадать.

И вот сейчас она с не меньшим, даже усиленным интересом наблюдала за Харом. 

— Это может занять какое-то время, не отвлекай.

И он застыл с закрытыми глазами перед стеной — совершенно неподвижно, будто статуя. Хлое только и оставалось, что стоять и смотреть на него. Интересно, что он чувствует? Что сейчас происходит у него в голове? Эти вопросы мучили её сознание, роились в мыслях, стучали в висках. Но рыжеволосая не спросит об этом никогда — ни сейчас, ни позже. Вряд ли она услышит ответ, а если и услышит, то сможет ли его понять?

Друг Ирмы — Оллаф… Хм, этот красавец норвежец порой ложился на пол и так лежал с закрытыми глазами, а Ирма шутливо называла это «приходом».

«Приход», — мысленно повторила Хлоя. Пожалуй, это действительно лучшее обозначение того, когда лунатики начинают уходить в себя. Уплывать куда‑то далеко, в лабиринты собственного разума, где реальность переплетается с видениями, а прошлое неотличимо от будущего.

— Ох, не знаю кто оставляет тебе такие подсказки, но в башке у него полный кавардак, - вдруг заговаривает Хар после долгого молчания и добавляет: — Нужно обратить... Внимание на закорючки по центру... Так, четыре, две, три. И Египет... Навроде загадки Сфинкса?

Хлоя замерла, и тут её осеняет. Загадка Сфинкса… Она же была в какой‑то книге или даже в старом фильме. В памяти всплыли обрывки: каменные стены, пески пустыни, огромная статуя с лицом человека и телом льва.

«Хм, кажется, там Сфинкс загадывал загадки путникам, чтобы те смогли попасть в гробницу… Или там было не так?» — мысленно перебирала она варианты.

В голову сначала пришло слово «жизнь» — и, кажется, в фильме это был неправильный ответ, хотя и близкий к истине. Она нахмурилась, пытаясь выудить из памяти детали.

— Подожди, — перебила она Хара, подняв руку. — Я что‑то такое помню… В каком‑то фильме, кажется? Там Сфинкс задавал вопрос, от которого зависела жизнь героев. Что‑то про то… кто ходит утром на четырёх ногах, днём — на двух, а вечером — на трёх.

Файбер взглянула на рисунок ещё раз и, недолго думая, дала ответ:

— Это человек! — уверенно произнесла она. — Утром, то есть в детстве, он ползает на четвереньках — получается четыре ноги, - указала она рукой на первый рисунок, зачем: - Днём, во взрослой жизни, ходит на двух ногах. А вечером, в старости, опирается на трость — вот и третья «нога».

Хлоя тут же залезла в телефон, открывая чат и быстро печатая первую отгадку. Теперь осталось понять, почему такой необычный нижний ряд цифр: II, I, III… Что они значат?
В голове возникла идея. Она вспомнила, что взяла с собой маленький фонарик с ультрафиолетовым излучением — он часто мог пригодиться на рейве, чтобы разглядеть скрытые надписи.
Быстрым движением Хлоя достала фонарик из кармана куртки, включила его и присела на корточки у стены под рисунком.

— Посмотри‑ка сюда, а это что такое? — взволнованно позвала она, не отрывая взгляда от стены.

Отредактировано Chloe Faber (11 апреля 07:35)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

— Эта загадка... Описывает одну из из линий крови. Кажется…

Хлоя сначала поняла взгляд на малкавиана, а после снова взглянув на метки и непонятные символы, убрала фонарик и выпрямилась. Посмотрела ещё раз на рисунок на стене, вновь прикусывая край нижней губы — так она всегда делала, когда напряжённо размышляла.

- Сначала он на двух ногах, - стала рассуждать Хлоя вслух. – Потом на четырёх, как животное получается. Гангрел? Но… почему потом на трёх? Несуразица какая‑то, — фыркнула девушка, нахмурившись.

Девушка заглядывает в телефон, выключает фонарик и, открыв чат рейва, пишет туда ответ — авось прокатит. Осталась ещё одна загадка. Глянув на координаты, девушка вскинула бровями.

— До следующей загадки идти далеко. Пройдёмся? — улыбнулась она, оборачиваясь к сородичу.

Она пошла вперёд: вышла из переулка, осторожно переступила через трещины в асфальте пустой дороги и направилась на другую улицу.

— Чем ты занимаешься, когда не спишь? Есть своё дело? — поинтересовалась девушка, пока сородичи шли следом к очередному тайному месту.

Отредактировано Chloe Faber (11 апреля 07:36)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Безлюдно. Хлоя огляделась — вокруг ни души. Ни единого человека, но стоило ей приблизиться к тёмному закоулку, где тьма сгущалась в углах, как она уловила едва заметное движение. Раньше такое зрелище пугало её и заставляло поспешно уйти, но теперь, став вампиршей, она подмечала эти признаки с холодным интересом. Оказывается, нечисть бродит совсем рядом с людьми, а те даже не догадываются. Они продолжают жить своей размеренной жизнью, не подозревая о скрытой угрозе.

Идя вперёд, Хлоя то и дело поглядывала на карту в телефоне — экран светился в полутьме переулка, подсвечивая контуры улиц и точку её текущего местоположения. Она сверилась с маршрутом ещё раз, запомнила, где нужно свернуть, и, удовлетворённо кивнув, убрала телефон в задний карман джинсов.

Теперь всё её внимание переключилось на малкавиана, шагавшего рядом. Кажется, только сейчас девушка стала рассматривать его так, будто видела в первый раз — будто он пошёл рядом с ней только сейчас, а не пару часов назад.

Она скользнула взглядом по его силуэту: не высокий и не низкий, стройный, но без излишней худобы. Пальто тёмного оттенка свободно сидело на плечах, не скрывая, впрочем, лёгкой грации движений. Волосы — тёмно‑русые — слегка растрепались от ветра, несколько прядей упали на лоб. В его внешности не было ничего примечательного — ни ярких черт, ни броских деталей. Но в то же время он не вызывал ни малейшего отталкивающего ощущения. Хлоя сочла его симпатичным и отнесла к типу мужчин, которые привлекают не внешностью, а умом.

— Да я, эм... Типо экстрасенс. Духи, заговоры, фальшивые талисманы, расклады на различных картах— такая, кхм, фигня.

«Да нет, это никакая не фигня» - мысленно возразила девушка, убирая руки за спину.

Она с ещё большим интересом слушала Хара и была рада, что он решил ей рассказать об этом, а не просто оставить в неведении, погружённую в свои мысли. Хотя, по правде говоря, ему всё равно пришлось бы раскрывать карты — рыжая осыпала бы его вопросами, пока не добилась бы ответов.

«Значит, малкавиан напрямую работает с людьми», — мысленно подытожила она, скользя взглядом по его лицу. В его глазах, глубоких и чуть рассеянных, читалась какая‑то отстранённая мудрость — будто он видел мир не так, как остальные, а сквозь призму иных закономерностей.
С одной стороны, в этом не было ничего удивительного. Даже в не‑жизни приходится работать, искать способы выживания, налаживать связи. Но с другой… неужели он действительно разбирается в подобной мистике? Или просто прекрасно играет свою роль, ловко манипулируя чужими ожиданиями? В любом случае девушке уже не терпелось это проверить.

Когда вампир поинтересовался о том, что же из себя представляет она, Хлоя поджала губы и промолчала, резко переводя тему — в желании, чтоб мужчина позабыл о вопросах к ней и погрузился в свои знания об эзотерике. Она остановилась и с игривой улыбкой произнесла:

— Слушай, а может, ты мне тоже погадаешь? — она подошла к нему чуть ближе. — Интересно мне узнать, что же меня ждёт после того, как стала мёртвой, — добавила она, чуть склонив голову набок. В её глазах заплясали озорные искорки, но за ними скрывалась настоящая жажда ответа.

Тем временем навигатор дал о себе знать, обозначая вибрационным сигналом, что надо свернуть и что они скоро будут на месте. Хлоя машинально коснулась кармана, где лежал телефон, но даже не достала его — рыжей в данный момент было плевать на маршрут. Ей нужен был ответ.

Отредактировано Chloe Faber (14 апреля 12:19)

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

— Учти, изменить грядущее весьма сложная задача. Даже с, кхм, подсказками. Само по себе знание, в этом вопросе, ценится так же недорого как характер... Которого у тебя, кажется с избытком.

«Говорит прямо как мой Сир», — промелькнуло в голове у девушки.

Ирма тоже порой произносила мудрые наставления и предостережения, а Хлое оставалось лишь кивать и поступать по-своему. Впрочем, наставление о том, что «тремеры — это зло, и им доверять нельзя», давно превратилось для неё в мантру. Хлою это не столько раздражало, сколько утомляло. Она столько раз это слышала, что теперь ей отчаянно хотелось проверить: действительно ли всё так однозначно?

Малкавиан изъяснялся весьма расплывчато, но при этом Хлоя его понимала. Хотя, по её мнению, ту же мысль можно было выразить гораздо проще.
Она сложила руки на груди и тяжело вздохнула. Хар напомнил ей ещё одного наставника — спутника Ирмы. Тот говорил точно так же, как её новый знакомый.
Спросишь у него: Как дела?
А он тебе: хорошо, но не так хорошо, как хотелось бы, — отвечал он, неизменно прибегая к метафорам и абстрактным рассуждениям.
Хлоя недоумевала, как Ирма вообще с ним общается: она всегда говорила прямо, а он отвечал столь витиевато, что порой это начинало раздражать.

— Да-да, я поняла: всё не так просто, и к этому нужно относиться с осторожностью. Не стоит слишком надеяться, что всё сложится именно так, как мне хочется, — она закатила глаза и развела руками, словно сдаваясь. — Знаешь, даже после Становления я осознала: некоторые законы жизни неизменны. В не‑жизни всё так же — желаемое не приходит сразу, а если и приходит, то оказывается совсем не тем, чего ты ждал.

Азарт в глазах Хлои заметно поугас. Она вытащила телефон, прищурилась, вглядываясь в координаты на экране, и медленно огляделась по сторонам, сопоставляя виртуальную карту с реальной местностью.

— Нам сюда, — уверенно сказала она и махнула рукой. — Пойдём.

Она перешла через дорогу, ловко спустилась по поросшему сырой травой холмику с набережной и оказалась в тени моста. Луч фонарика, включённого на телефоне, скользнул по шершавой бетонной стене. Хлоя обернулась к малкавиану.

— Здесь должна быть следующая загадка, — тихо произнесла она.

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Хлоя не мешала малкавиану. Девушка даже фонарик погасила, подмечая, что под мостом присутствует освещение, пусть и слабое — тусклые жёлтые лампы отбрасывали дрожащие тени на бетонные опоры.

В этот раз загадка находилась не на бетонной сырой стене, а в рыхлой земле у основания одной из опор. Шкатулка? Интересно. Рыжеволосая подошла ближе к мужчине, разглядывая вещицу.

Шкатулка была небольшой, но внушительной на вид — окованная по углам металлическими пластинами. Металлы переливались разными оттенками: тусклый алюминий, сероватое олово, потемневшее железо и золотистая латунь. Поверхность покрывали едва заметные гравировки — спирали, пересекающиеся линии, символы, напоминающие древние руны.

Крепкая на вид, она была закрыта на сегментарный замок: круглый циферблат с десятью частями и четырьмя стрелками, каждая из которых указывала на какой‑то символ. Стрелки располагались на разных уровнях, создавая ощущение многослойной головоломки. Хлоя наклонилась ближе, вглядываясь в детали. Механизм выглядел сложным, почти живым — будто ждал, когда его разбудят правильным сочетанием поворотов.

Единственная подсказка, начертанная на ящике аккуратными буквами, гласила: «Ответ спрятан далеко за небесной гладью».

— Хм. Эту загадку придется отгадать. Или попробовать открыть код "брутфорсом". Или, на худой конец— разбить. Как в легенде о Гордееве узле. Забавная легенда и... Ладно, не заморачивайся. Как поступим?

— «За небесной гладью», — тихо повторила Хлоя, задумчиво постукивая пальцем по крышке шкатулки. — Это метафора или прямое указание?

Малкавиан, до этого молча изучавший замок, поднял голову. Его глаза блеснули в полумраке — не то от азарта, не то от безумия, присущего его клану.

— Далеко… — пробормотал он, потирая подбородок. — Далеко может быть высоко. Или вообще вне этого мира. Небесная гладь — это небо, звёзды, космос? Или что‑то более абстрактное?

Хлоя выпрямилась, окинув взглядом пространство под мостом. Лампы мерцали, отбрасывая блики на лужи, а где‑то вдали капала вода, отбивая странный ритм — будто отсчитывая секунды до разгадки.

— Подожди, — вдруг сказала Хлоя, и её глаза загорелись догадкой. — Десять сегментов… Это же планеты Солнечной системы! Но тут подвох: посчитали Луну плюс само Солнце. Получается, не классические девять, а десять позиций.

Малкавиан прищурился, разглядывая циферблат:
— Точно… Солнце — центр, Луна — спутник, но в древних системах их часто включали в общий счёт. А четыре металла — это наводка на нужные планеты с точки зрения астрологии: алюминий, олово, железо, латунь.

— Да! — Хлоя возбуждённо кивнула. — Алюминий соответствует Луне, олово — Юпитеру, железо — Марсу, латунь — Венере. Значит, нам нужно выставить стрелки на четыре сегмента в соответствии с этим порядком.

Она склонилась над шкатулкой, быстро проговаривая:
— Порядок счёта такой: Солнце — первый, Меркурий — второй, Венера — третий, Земля — четвёртый, Луна — пятый, Марс — шестой, Юпитер — седьмой, Сатурн — восьмой, Уран — девятый, Нептун — десятый. Тогда получается?

Она перевела взгляд на вампира, давая ему возможность понять и повернуть стрелки в нужном направлении.

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Содержимое шкатулки ничего не дало для Хлои. Будь вместо неё здесь Ирма, то, скорее всего, та непременно поняла бы тайный замысел и смогла бы вычленить хоть что‑то значимое — но не Файбер. Та просто сфотографировала шкатулку и содержимое шкатулки, и отправила в чат.

Она глянула на экран смартфона — время безжалостно поджимало. До рассвета оставалось буквально пару часов, а до убежища идти далековато: через промзону, вдоль железнодорожных путей, потом петлять по переулкам старого города. Файбер могла просто не успеть — а прятаться от солнца в случайных подвалах ей уже порядком надоело.

«Что ж, хорошо, что я сейчас под мостом не одна», — с облегчением подумала Хлоя, поворачиваясь к малкавиану. Тот всё ещё задумчиво разглядывал шкатулку, будто надеялся, что она вдруг заговорит или покажет какой‑то новый секрет.

— Слушай, — рыжеволосая шагнула ближе к вампиру, заглядывая в его глаза. Она смотрела в них, не отводя взгляда, будто стараясь найти в них что‑то таинственное. — Говорят, что глаза — это зеркало души. И знаешь, я вижу в твоих весьма интересную душу, будто на самом деле ты можешь быть другим, настоящим, только вот тебе мешает что‑то. То самое, — она смело прикоснулась пальчиком к его груди, — …что известно тебе одному.

Хлоя улыбнулась и отступила, пожав плечами, и невзначай произнесла, осматриваясь по сторонам:

— Мне до своего убежища чертовски далеко идти. Могу ли напроситься в гости к тебе? А то… без тебя я могу совсем пропасть.

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

— Если тебя не пугают спартанские условия... Впрочем, лучше так, чем сгинуть в канаве, принимая солнечные ванны.

Хлоя чуть насупилась, но вряд ли у такого весьма хорошо одетого джентльмена могли быть совершенно скверные апартаменты. Нет‑нет, она в это ни за что не поверит. Скромные? Да. Но вряд ли совсем отстойные.
Не то чтобы Хлоя привыкла спать в тёплой кроватке… Хотя… Кого она обманывает? Конечно, она только в такой и спала — и к комфорту привыкла. Однако сейчас она была готова на потрёпанный матрац. Просто переждать рассвет — и всё.

Добравшись до места, рыжеволосая удивилась, что оказалась не в квартире, а в причудливой лавке «Подлунная тайна». Файбер задержалась прямо на пороге, внимательно начиная всё рассматривать.

Лавка действительно поражала воображение: полки вдоль стен ломились от антикварных находок — старинные статуэтки с потускневшими лицами, книги в кожаных переплётах с золотыми тиснениями, загадочные артефакты, чьи функции угадывались лишь по причудливым формам. В углу стоял резной шкаф с витражными дверцами, за которыми поблёскивали хрустальные бокалы. На стенах висели карты неведомых земель, маски разных культур и старинные часы с маятником, мерно отсчитывающие время.

Уютный тёплый свет от антикварной люстры мягко озарял помещение, подчёркивая текстуру дерева. Пахло старой бумагой, воском и чем‑то едва уловимым — словно пряностями из далёких стран.

Хотелось тут же прикоснуться к каждой вещице, но только осторожно, дабы не сломать и так хрупкие изделия.

— Ничего себе… — выдохнула она. — Здесь будто застыло время.

Хлоя медленно прошла вглубь лавки за мужчиной, скользя взглядом по предметам. Её пальцы едва касались корешков книг, поверхности статуэток — она словно пыталась уловить историю каждой вещи.

— Душевая. Если нужна конечно. Стиралка, если опять-таки, нужна есть там. Не удивляйся укомплектованности, в наше время лучше иметь несколько убежищ, просто салон сейчас самое ближайшее.

«Несколько убежищ?» — подумала про себя Хлоя. Эта фраза заставила её задуматься и мысленно вернуться к разговору с Ирмой. Что‑то она не припомнит этого в наставлениях женщины. Может быть, потому, что Ирма всегда была рядом и не оставляла Хлою даже тогда, когда та, казалось, уже выросла.
За всё время Хлоя побывала в нескольких домах своей новой семьи, но никакое из этих убежищ нельзя было назвать своим. Она всегда была гостем, временным жильцом, переходящим с места на место под опекой Ирмы. Получается, девушка пребывала в неблагоприятном положении.

После небольшой экскурсии, во время которой Файбер пребывала в основном в своих мыслях, малкавиан провёл Хлою в спальню. Комната была без света — только слабый отблеск проникал из коридора под дверью.

— Обустраивайся, — сказал он и тут же оставил девушку одну.

— Что ж, это лучше, чем ничего, — тихо проговорила про себя Хлоя, оглядываясь.

Бегло пробежавшись глазами по помещению с разными изображениями, Хлоя махнула рукой. Хватит на сегодня уже загадок, если бы Хло была живой, то у неё точно бы сейчас разболелась голова.

Скинув с себя джинсы и куртку и оставшись лишь в нижнем белье и футболке, девушка легла на кровать и залезла под одеяло. Матрас оказался неожиданно мягким, а простыни — свежими.
Взяв в руки телефон, рыжая решила написать Ирме о том, что не дошла до дома после рейва. Вряд ли Ирма прочитает сообщение сразу. Впрочем, результат был неважен: главное — предупредить.
Спрятав мобильник под подушку, и засунув туда ещё и руки, девушка переворашивается на живот и через время, закрывает глаза.

***

На следующую ночь Хлоя уже была на ногах и бодренько расхаживала по лавке, с интересом разглядывая каждую вещицу.
Больше всего её заинтересовала статуэтка нефритовой кошки. Фигурка была небольшой — умещалась в ладони, — но выполненной с поразительным мастерством: каждая линия тела, каждый изгиб были выточены с удивительной точностью. Кошка сидела в спокойной позе, слегка приподняв переднюю лапу, будто кого‑то приветствуя или подзывая к себе.

Хлоя, конечно, не знала истории этой вещицы. Может быть, она вовсе проклята, но статуэтка явно запала в душу девушки. Она взяла её в руки, внимательно разглядывая каменную нефритовую кошку. Поверхность камня оказалась прохладной и гладкой, почти живой на ощупь.

— Какая красота… — тихо прошептала Хлоя, поворачивая фигурку так и этак, чтобы поймать игру света в толще нефрита.

Она вспомнила, что где‑то слышала: нефрит называют «камнем жизни», он приносит успокоение и мудрость. А фигурка кошки, особенно нефритовая, — древний талисман удачи. В разных культурах такие статуэтки символизировали защиту, благополучие, способность видеть то, что скрыто от других.

«Может, она и правда волшебная?» — подумала Хлоя, невольно улыбнувшись. Ей вдруг захотелось верить, что эта маленькая фигурка принесёт ей хоть немного удачи в этом неспокойном мире.

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?

Она услышала мужчину, но ничего не ответила ни на его вопрос, ни на дальнейшие слова. Хлою больше волновал вопрос: сможет ли она оплатить эту вещицу? Вряд ли Хар отдаст её бесплатно. Конечно, девушка знала свою репутацию — среди сородичей она слыла вспыльчивой и упрямой, — но что‑то подсказывало: именно этого малкавиана ей обманывать не хотелось.

Девушка вытащила из кармана куртки кошелёк и, развернув, заглянула в него — 500 $. Ну, не густо для Хлои. Неужели придётся торговаться? А ведь ещё она вспомнила, что хотела, чтобы малкавиан ей погадал — может, он за это тоже деньги возьмёт? Что ж, придётся всё равно узнать, сколько всё стоит.

Спрятав кошелёк в карман, девушка вышла к мужчине. Поставив статуэтку нефритовой кошки на стол прямо перед ним, Файбер облокотилась на край стола руками и чуть нависла над малкавианом. Её проницательные изумрудные глаза скользнули по лицу мужчины — в желании найти хоть какой‑нибудь изъян. Нет, его лицо такое человеческое, даже ни единого шрама, за который можно было бы зацепиться. Нет, Хар точно не в её вкусе.

— Сколько стоит статуэтка? И сколько стоит сеанс предсказания? — спросила Хлоя, стараясь говорить ровно, но в голосе всё равно проскользнула нотка напряжения.

Подпись автора

Desire...I'm hungry
I hope you feed me
How do you want me?