После встречи с Марией, предстояло незаметно вернуться в убежище сира, скрыв от него свое отсутствие. “Лишь бы не заметил, лишь бы не заметил” - мысль билась в голове, но паника медленно сжимала горло, страх клокотал внутри и тем сильнее обжигал нутро, чем ближе Саманта переулками подходила к убежищу. На улицах мегаполиса ночная жизнь текла своим чередом, - в воздухе висел запах автомобильных выхлопов перемежаясь с запахами корицы и еще чего-то, едва уловимого, но такого сладкого… того запаха, который оставляют живые люди…, когда так хочется есть…

Боб был чистокровным и породистым представителем клана Розы, обустроившим свое убежище со всей помпезностью и цыганской вычурностью, так, что даже беглого взгляда хватало, чтобы бы понять - тут обосновался тореадор. Небольшой особнячок в имперском стиле, построенный еще в 80х, обнесенный высокой стеной и находящийся под постоянным наблюдением одного из охранных агентств, напоминал Белый дом в миниатюре  - Пудель никогда не скупился на собственной безопасности.

Через высокие заборы Саманта никогда не перебиралась, да и не планировала учиться. Проходя через центральные ворота, казалось, что все смотрят на нее косо, подозревая неладное. И как бы сильно Саманата не хотела попадаться на глаза сидевшему в сторожке охраннику, но пришлось делать невинное лицо, слегка улыбнуться и кивнуть ему в качестве приветствия. Шагая к центральному входу послала всем известным ей богам и чертям несколько молитв - лишь бы Пуделю было бы не до нее. Подобрав длинный подол юбки, стуча каблучками по мраморным ступенькам, поспешила подняться по лестнице и поскорее войти внутрь дома, стараясь скрыться за мощными, резными дверями от посторонних взглядов.

Подпись автора

L’Assasymphonie

Одного взгляда на оскал Пуделя было достаточно, чтобы Саманта почувствовала приступ животного страха, сжимающего горло своими холодными пальцами. Отправляясь на встречу с сестрой, Родригез легкомысленно не озаботилась тем, чтобы придумать хоть какое-то оправдание своему отсутствию и сейчас ее беззаботность могла превратиться в огромную проблему. Умом Саманта понимала, что нужно было срочно придумать хоть что-то вразумительное, но страх делал свое дело и в голове была полная тишина. На мгновение застыв на месте, словно ледянная статуя и потеряв дар речи, не придумала ничего лучше как виновато улыбнуться.

- Бо-о-об..., - На распев вытянула имя своего сира, надеясь, что за эти пару секунд в голове промелькнет хоть какая-то мысль. - Дорогой, ну зачем так кричать? - Продолжая рассеяно улыбаться, сделала осторожный шажок в сторону Пуделя. - Я просто не хотела отвлекать тебя от важных дел своими глупыми просьбами. - Осторожно подойдя ближе, мягко положила руку ему на плечо. - Я немного прогулялась вокруг и только. Ты правда так сильно переживал за меня? Ты такой заботливый... - Кокетливо поморгала и сделала вид, что отряхнула с его плеча невидимую пылинку. - Не сердись, пожалуйста, я не хотела тебя расстраивать. А может покушаем? Я тааак проголодалась... - Стараясь перевести тему разговора, сделала большие глаза, после чего прищурившись посмотрела в сторону кухни. - А хочешь я тебе сделаю коктейль с разными резусами? Минус - плюс, плюс-минус, а?

Подпись автора

L’Assasymphonie

Пудель любил ласку, и Саманта очень-очень старалась ему угодить. Помня его оскал, свой страх и весь ужас, что ей пришлось пережить, девушка меньше всего хотела вызвать хоть какое-то недовольство своего сира. Расположившись на мягком диванчике и нежно улыбаясь, Саманта то перебирала ему волосы, то гладила по голове. Но его вопрос застал врасплох, девушка не была готова к нему.

- Да где тут гулять еще можно...? - задумчиво глянула на потолок, быстро перебирая по памяти, что видела в округе. - Тут недалеко парк есть..., - вернула взгляд на Пуделя, вспомнив, что проходила мимо какого-то, то ли сквера, то ли парка, расположенного не так далеко, - прошлась тудааа, потом обратно, потом опять туда. И знаешь, время как-то быстро пролетело, я даже сама не заметила, представляешь? - Промурлыкав, поправила Бобу челочку. - Боооб... - нараспев позвала своего сира по имени, став серьёзной. - Знаешь, мне сегодня вдруг стало так страшно. Я все еще не привыкла к тому, кем я стала. Я боюсь будущего, Боб... - По все еще оставшейся человеческой привычке, глубоко вздохнула, хотя никакой необходимости в этом не было. - Слушай, а тебе бывает страшно? Хотя что за вздор я спрашиваю! - Расплывшись в улыбке, мягкими касаниями перешла к массажу головы Пуделя. - Ты у меня самый смелый, самый отважный, самый мужественный... Интересно, а если бы мы были живые, ты бы обратил на меня внимание? - Тут же сама усмехнулась глупости, которую спросила.

- А когда следующий концерт? Может, ты мне разрешишь съездить за новыми тряпками, а? А то у меня из одежды почти ничего не осталось... Я думаю, тебе самому будет неприятно, если я начну ходить в застиранном, да? Ты же у меня такой чувственный... - Саманта не скупилась на ласку и комплименты, мечтая вырваться из этого ужасного дома, ставшего для нее тюрьмой. - Да, кстати! Я уже заметила, что у моего обожаемого сира самый изысканный вкус, наверняка у тебя есть пожелания, в чем мне появиться на следующем концерте. Я ведь угадала, да? - Продолжая заигрывать с Бобом, нежно погладила его за ушками, после чего вернулась к поглаживанию головы.

Отредактировано Samantha Rodriguez (20 декабря 00:18)

Подпись автора

L’Assasymphonie

Поглаживая голову своего сира, Саманта мечтательно посмотрела в потолок, представляя как вскоре окунется в волнующий ее мертвую душу мир шоппинга, прикидывая примерно в какой магазин заехать первым делом и мысленно перебирая фасончики. Саманта не была бы тореадором, если бы не была падка на красивые тряпки и побрякушки. Ей нравилось производить впечатление, выглядеть красиво, респектабельно и эффектно. И всего этого она была лишена последнее время, вынужденная донашивать то, что осталось от прошлой жизни. «Даже колготок новых не купил, жмот» - Мелькнула обиженная мысль при взгляде на сира, после чего вытянула ножку и разочаровано посмотрела на старые колготки.

Удар по руке вернул Саманту на землю, заставив от испуга одернуть ладошку, ойкнуть и обиженно потереть ушибленное место. Гнев сира был настолько неожиданным, насколько это вообще возможно. Страх липкими холодными щупальцами прополз по спине, сжал грудь. При взгляде на перекошенное от гнева и раздражения лицо Пепесона стало совсем жутко – в памяти всплыли еще совсем свежие воспоминания ее становления.

- Да, да, конечно, дорогой. – Испуганно зашептав, ухватилась за руку сира, сжавшую ее горло. – Я всегда буду принадлежать только тебе. Я не обманывала тебя, когда восхищалась тобой, милый. Я всегда буду только твоей Самирой. Прошу, не делай мне больно… - Стараясь лишний раз не провоцировать разгневавшегося музыканта, ласково погладила его по руке. – Боб, солнышко мое! Может ты хочешь, чтобы я тебя чем-нибудь развлекла? – Мысли вихрем проносились в голове Саманты, искавшей способ утихомирить гнев Боба.

Отредактировано Samantha Rodriguez (12 января 19:38)

Подпись автора

L’Assasymphonie

Саманта, ухватившись за приказ своего сира как за спасительную соломинку, с радостью бросилась его исполнять. Петь сидя было неудобно, поэтому девушка поднялась с дивана. Поскольку до этого в голове крутились мысли об одежде, то первым, что пришло в голову - была песня Шакиры, которая ей очень сильно нравилась еще когда-то, в далеком-далеком детстве.

Стараясь угодить Пуделю, выкладывалась на пределе своих возможностей. Ее гибкий, звучный, из самой груди выливавшийся меццо-сопрано, ее игривая улыбка, предназначенная только ее сиру, страстные, блестящие глазки, плавное покачивание и ножка, отстукивающая в такт песни, всё это должно было тронуть, натянуть, а потом звонко отпустить какую-то редко задеваемую струну в сердце даже мертвеца. Отдавшись, она вся жила только в песне, которую пела.

Закончив, Саманта, тихонько выдохнула, заметив, что смогла угодить Бобу.
- Дорогой, тебе понравилось? – Наивно хлопая глазками, посмотрела на сира. - Честно признаться ты самый чуткий слушатель, что у меня был! - Продолжая играть роль восхищенной поклонницы, все же побоялась опять садится рядом с ним на диван, плавно опустившись у его ног и положив ладошки ему на колени.

Приказ рассказать правду пугал Саманту, поскольку нарушение маскарада сулило смерть не только ей, но и ее близким. А судя по тому, как Пудель быстро раскусил ее вранье, тот видел ее насквозь. Надо было врать и говорить правду одновременно.
- Дорогой, я не могу тебе сейчас рассказать, потому что это сюрприз для тебя. – Лилейным голосом проворковала, надула губки и устремила на Пуделя наивно-просительный взгляд. Пару раз невинно моргнула для пущего эффекта и нежно улыбнулась. Говорить много не стоило, потому что каждое лишнее слово. – Побудь немножко терпеливым для своей Самиры, пожалуйста? Я тебе клянусь, что ничего против тебя не планировала. Я только твоя, мой дорогой. – Медом заливая уши сира, перекинула волосы через плечо, опустила голову ему на колени и ласково погладила его по голени. - Боб, мой хороший, только мой...

Подпись автора

L’Assasymphonie