Усадьба Общества не значилась ни на одной карте. Скрытая в глубине диких холмов Теннесси, она пряталась за плотной стеной вековых елей, сторожа от всех сакральную тайну. Каменные стены комплекса казались суровым и неприветливым, но внутри всё оказалось не таким холодным и чужим. Всё же монастыри очень похожи друг на друга. Над главным зданием этого возвышалась колокольня с едва заметной трещиной на чугунном колоколе, который звенел в этих местах лишь во время тревоге. По периметру ходили охранники, одетые в одежду спецназа, только чёрную и с символикой Ордена Леопольда.

Риз осматривал новый дом сквозь пыльное стекло, сидя в кузове старого фургона, который прорывался по узкой грунтовой дороге во внутренний двор. Его глаза горели смесью тревоги и любопытства. Лицо отца было строгим и спокойным, он сидел рядом и держал сына за руку. Риз не знал, что происходило в его душе, но это был единственный тёплый жест, который проявил Виктор, когда мальчик признался, что ему страшно.

- Скоро ты станешь охотником, Риз. Таким же сильным и смелым, как эти мужчины.

- Эцио учил жить мирно, - прошептал на немецком Риз.

- Эцио отошёл в мир иной. Теперь я твоя семья. А это - твой новый дом. Двенадцать лет ожиданий, одна тайна за другой, и вот теперь ты здесь, а я наконец обрёл сына.

Внутри кузова лежала его сумка — скромный клад с личными вещами, которые он собирал с детства. Пара рубашек, несколько книг по медицине, физике и истории, подаренный Эцио крестик из серебра — единственное, что связывало его с недавно ушедшим настоятелем приюта. Он теребил его пальцами, чувствуя холод металла, и ком подступал к горлу.

Машина остановилась и Риз осторожно вылез, встав на каменную кладку внутреннего двора. Холодный воздух ударил в лицо. В нём он ощутил смешанный запах воска, ладана и ржавого железа. Это пробуждало неясное чувство тревоги и, вместе с тем, надежды на что-то хорошее. Он покинул своих друзей, своё привычное место, которое считал своим домом, и всё же он теперь был с отцом. Настоящим родным отцом, который не казался таким уж плохим. Виктор был жестким человеком, но Риз видел, что он старался вести себя с ним мягче.

По двору неспешно шагали мужчины в строгой форме, с твердым взглядом и оружием на поясе. Это были охотники — живые легенды, герои рассказов Виктора, которые сыпались на него всю дорогу, пробуждая искренний интерес и восхищение. Риз остановился и посмотрел на них с нескрываемым любопытством. Один из них встретился с ним взглядом и подмигнул с ухмылкой. Робкая улыбка пробежала по губам мальчика, глаза загорелись и в этот момент даже Солнце, казалось, вышло из-за туч. Он бодро взял сумку и направился к одному из крыльев усадьбы — туда, где его ждал Виктор, чтобы отвести в новую келью.

Коридоры были узкими и тёмным, они казались бесконечными, но вскоре отец остановился возле одной из деревянных дверей и открыл её. Войдя в маленькую комнату, Риз поставил сумку на пол, огляделся и медленно опустился на жесткую кровать. Его пальцы вновь нашли крестик, но в этот раз Виктор, заметив его жест, протянул к нему ладонь.

- Отдай мне это, - взгляд отца был непреклонным и строгим. Риз растерянно посмотрел на него, но не посмел спорить - снял крестик и отдал ему. Виктор спрятал подарок Эцио в карман и кивнул.

- Так будет лучше. Оставь прошлое в прошлом, и когда-нибудь я верну тебе это.

Риз беспомощно вздохнул и посмотрел на отца - высокий, сильный мужчина, строгий взгляд и решимость в голосе - с таким бесполезно идти в конфронтацию. Виктор сел рядом и заговорил:

— Здесь всё устроено иначе. Это крепость для тех, кто сражается с тьмой. Ты увидишь многое — и хорошее, и страшное. Запомни, вера и воля — наши главные оружия.

Риз посмотрел на него с плохо скрываемой тревогой:

— Ты говорил, что здесь я стану охотником. Но я не такой сильный, как ты. Что если я тебя подведу?

Отец взглянул на него серьёзно, голос его звучал с прежней твёрдостью:

— Страх держит нас в живых. Но сила приходит тогда, когда ты учишься и преодолеваешь страх. Здесь ты найдёшь братьев, друзей и новый смысл жизни.

Риз кивнул и опустил взгляд. Отец встал и неуверенно коснулся его плеча прежде, чем выйти.

Вечер опустился на усадьбу, и прохладный сумрак окутал её каменные стены. В большом зале столовой собирались охотники на ужин. Они рассаживались за тяжелыми деревянными столами на лавки и о чём-то переговаривались. Железные канделябры едва рассеивали тьму, отбрасывая на стены тени, напоминавшие живые фигуры.

Риз вошёл, держа перед собой поднос с едой — тарелка с варёным картофелем, куском мяса и зелени. Его глаза быстро перебирали ряды столов, но ни одного свободного места он не замечал. Вокруг сидели взрослые мужчины — крепкие, с выжженными суровой жизнью лицами. Он чувствовал себя здесь чужим, самым юным и самым слабым, словно хрупкая фигурка ангела из хрусталя, которую вешают на рождественскую ель. Охотники бросали на него взгляды, часто с ухмылками, словно оценивая новичка и явно не веря, что из него выйдет толк. Для них Риз был ещё ребёнок, желторотый птенец, которого в бою убьют первым примерно за две секунды. Тонкая тяжесть неловкости тянулась по спине мальчика и он не знал, куда податься. Вдруг, в углу, на скамье у стены, он заметил хмурого подростка — того, кто казался моложе всех и сидел в одиночестве. Сердце Риза сжалось от солидарности с этим одиноким мальчишкой. Не нужно было слов, не нужно было знать его язык, чтобы мгновенно ощутить родство. Собравшись с духом, он направился к нему — но путь ему преградил Виктор.

— Риз, — мягко, но властно сказал отец, — иди сюда, сядь со мной.

Риз остановился, бросив взгляд на мальчика в углу, и с неохотой повернул к Виктору, следуя за ним к одному из свободных мест у длинного стола. Он уселся, чувствуя, как взгляд отца пытается проникнуть в глубины его души.

- Все в порядке? - тихо поинтересовался Ван де Камп.

Риз пожал плечами, наливая себе в стакан апельсиновый сок.

- Мне показалось, что эти мужчины шепчутся про меня.

- Эти? - отец поглядел в сторону охотников. - Они просто удивлены ребенку в этих стенах. Теперь это твои старшие братья, они тебя многому научат.

— А это кто? — спросил Риз, осторожно посмотрев в сторону одинокого подростка.

— Это Джейсон Янг, — ответил Виктор, не отрывая взгляда от своего сына, — ешь, набирайся сил. Ты слишком бледен и слаб, а завтра у тебя первая тренировка.

- Я хотел познакомиться.

Виктор улыбнулся, но улыбка была скорее жесткой, чем теплой.

— С Джейсоном? Завтра познакомишься, на тренировке.

Отредактировано Jason Rhys Dou (24 сентября 09:55)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

Риз стоял у края тренировочной площадки, чувствуя, как холодный осенний ветер колет кожу сквозь тонкую рубашку. Его сердце бешено колотилось, словно пытаясь вырваться из груди — не от боя, а от предвкушения, тревоги и неизменного страха под взглядом Виктора. Отец представил его и ушёл, будто бросил в холодное течение реки, чтобы посмотреть, выплывет или нет? Но чуть позже Риз увидел его силуэт - Виктор наблюдал за происходящим из окна верхнего этажа, где был его кабинет. Риз не видел его лица, но знал, что оно напряжено и сосредоточено.

На площадке двое бойцов — Джейсон, тот самый парень, которого Риз видел ещё вчера, и его оппонент — более крупный и сильный. Они двигались быстро и уверенно, Риз едва успевал следить, сжимая пальцы в кулак и стараясь не моргать, чтобы не пропустить ни одного удара. Джейсон, казалось, был совершенно спокоен, даже холоден. Его движения были точны и выверены, ничего лишнего. Это вызывало смесь восхищения и какого-то леденящего страха от осознания, как он далёк от идеала.

- Так должен выглядеть настоящий охотник? - подумал Риз, - Но я никогда не смогу стать таким…

Когда брат Кассиан сделал суровый выговор Джейсону, где-то глубоко внутри Риза что-то шевельнулось — смесь страха и шока. Он выпрямился, мысленно собирая все силы, чтобы не показать, как ему страшно. Этот юноша был идеален, но даже ему сделали замечание, как будто плевок в лицо за то, что он и так сделал лучше, чем кто-либо из его сверстников, которых вокруг вообще не наблюдалось.

- Теперь новичок, - сказал брат Кассиан, протягивая ему тренировочный меч. Риз быстро и с испугом посмотрел на силуэт отца в окне, и он всё еще стоял там. Сердце быстро заколотилось в груди, но отступать было некуда.

Собравшись с духом, он шагнул вперёд и медленно взял в руки тренировочный меч, впервые ощутив его тяжесть. Он разглядел его лезвие из металла - тупое и безопасное, жесткую рукоять и небольшую гарду. Пальцы покалывало от напряжения. Вокруг стояли другие охотники, чьи взгляды были остры и внимательны. Риз ощущал на себе каждую тень, каждый шёпот и безмолвное сравнение.

- Твоим противником будет Морган, - сказал Кассиан, и вперёд вышел мужчина, которого Риз сразу узнал. Тот охотник, что приветливо подмигнул ему вчера. Он был не высокого роста, плечистый, с длинными тёмными волосами, убранными в хвост. Его сосредоточенный взгляд с прищуром окинул Риза с головы до ног.

- Давай, малыш, - кивнул он, вставая в боевую стойку, - попытайся нанести мне удар.

Риз почувствовал, как кровь приливает к лицу, а мышцы напрягаются — каждое движение теперь казалось медленным и тяжёлым, словно его тело не совсем слушалось. Но он заставил себя сосредоточиться, отбросить страх, стыд и неуверенность. Ему было бы на много проще, если бы пара десятков глаз не смотрела на его позор. Джейсон стоял среди прочих, словно воплощение хладнокровия. Его глаза были устремлены на Риза, будто бы оценивая, ожидая ошибки.

Смирившись и приняв тот факт, что он сейчас опозорится по полной перед всеми этими охотниками и, что страшнее, перед отцом, Риз взмахнул мечом — и лишь воздух со свистом разошёлся перед ним. Морган легко ушёл в сторону с насмешливой улыбкой. Второй выпад — тот же результат. На третий раз охотник позволил себе лёгкий толчок в спину, и Риз, потеряв равновесие, упал на землю, выронив оружие.

— Держи меч крепче, — бросил Морган и протянул руку, помогая подняться.

Риз стиснул зубы, поднялся и снова пошёл в атаку. И снова — промах. Уклон, насмешка, толчок. Он падал и поднимался, ощущая вокруг нарастающий ропот и смешки зрителей. Каждый раз, когда Морган вытягивал к нему руку, это казалось не жестом доброй поддержки, а насмешливым вызовом: «Вставай, чтобы я снова тебя повалил».

— Защищайся! — крикнул Морган, и теперь он сам пошёл в наступление.

Меч засвистел в воздухе, Риз пытался уйти от ударов, но не успевал. Один хлёсткий удар пришёлся в плечо, другой — в бок, а потом кулак Моргана энергично прилетел прямо в лицо. Воздух вышибло из груди, земля снова оказалась слишком близко, Риз рухнул и поморгал, приходя в себя от резкой боли. Когда он медленно поднялся на ноги, губа его была рассечена, кровь тонкой струйкой потекла из носа. Он сплюнул красную слюну, воинственно глядя на противника, и снова сделал шаг вперёд.

Это было похоже на избиение младенца. Каждый удар звучал как пощёчина его гордости. Обида разгоралась и жгла изнутри, и когда Морган в очередной раз рассмеялся над его неуклюжим выпадом, Риз ощутил, что задыхается уже не только от усталости, но и от злости. Пытаясь отдышаться, он взглянул на окно, туда, где всё ещё стоял отец. Сердце сжалось. Он не мог позволить себе упасть снова — не под этим пристальным взглядом.

Он снова перевёл взгляд на Моргана, скрипя зубами и пытаясь успокоиться. Вдох, выдох. Дыхание постепенно выравнивалось, пока он думал, как победить противника. И вдруг его лицо изменилось, глаза широко распахнулись, рот приоткрылся, на лице появилось выражение леденящего душу ужаса. Риз смотрел куда-то за плечо Моргана, голос его прозвучал почти набожно:

— Вампиры!…

Морган резко обернулся, и в этот миг Риз, собрав остатки сил, сделал выпад и со всей мощью ударил мечом по руке противника. Тренировочное оружие вылетело из ладони Моргана. Тот охнул, схватившись за запястье, но Риз уже летел, замахиваясь, чтоб нанести новый удар. Морган, застигнутый врасплох, неуклюже отступил, споткнулся и упал на землю под раскатистый смех охотников.

Риз встал над поверженным противником, медленно опустил меч и вдруг протянул ему руку, чтобы помочь подняться. В глазах его горел лихорадочный блеск, на губах сияла торжествующая улыбка, окрашенная первой кровью. В этот момент триумфа он посмотрел на охотников, что одобряюще хлопали ему, нашёл взглядом Джейсона, чьи глаза оставались безразличными и холодными, и снова посмотрел на окно, надеясь встретить одобрение отца. Но фигуры Виктора в нём уже не было.

***

Вечером крепость охотников будто выдохнула после дневных тренировок. Каменные стены дышали прохладой, факелы в коридорах горели неровным пламенем, отбрасывая на пол длинные, зыбкие тени. Вечерний ужин закончился, и во дворе царила редкая тишина, прерываемая лишь шагами в коридорах да чьим-то приглушённым смехом вдалеке.

Риз, шатаясь от усталости и всё ещё ощущая во рту металлический привкус крови, не мог избавиться от одной мысли - ему нужно познакомиться с этим хладнокровным юношей по имени Джейсон Янг. Тот весь день смотрел на него как на пустое место.

- Ну и что? — думал Риз, топчась у выхода во двор. — Это всего лишь пацан. Такой же, как я. Только сильнее. Взрослее. Умнее. Опытнее. Ну… ладно, почти такой же.

Джейсон сидел на скамье во дворе, наблюдая за игрой двух кошек. Его профиль в полумраке уличных фонарей казался высеченным из камня, взгляд был спокоен и холоден, как у того, кто не привык тратить слова попусту. Риз ощутил странное волнение, внезапно осознав, что боится с ним заговорить. Боится, что на него обрушится холод этих глаз и ему откажут в разговоре. Но он должен был попробовать, ведь он ничего не теряет. Ну откажут и откажут. Риз сделал шаг вперёд, потом ещё один, и, чтобы как-то нарушить неловкую тишину, сказал:

— Эй… я тут подумал, если бы сегодня считали очки за падения, то я бы точно выиграл.

Надо сказать, на английском он говорил не очень уверенно, подбирал слова долго, но произносил их правильно, хоть и медленно. Риз поёрзал на месте, чувствуя, как щёки предательски вспыхнули. Он присел рядом, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя мышцы ныли так, что хотелось лечь и не двигаться.

— Слушай, ты когда-нибудь падал так же глупо? Или сразу родился с мечом в руках?

Помолчав, Риз добавил с тёплой улыбкой, глядя ему в глаза:

- Я хочу сказать, ты круто дерёшься. Хотел бы я когда-нибудь драться так же.

Отредактировано Jason Rhys Dou (24 сентября 21:21)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

Когда Джейсон наконец ответил на его вопрос, Риз замер от неожиданности. Он впервые услышал его голос, и он оказался жёстким, режущим, с хриплыми нотами, будто он сдавливал его, чтобы тот звучал ниже и тише. В нём было что-то одновременно отталкивающее и притягательное. Словно ледяная вода, которая зимой ошпаривает лицо при умывании, но от которой жадно пьёшь, и не можешь насытиться. Риз поймал себя на том, что слушает не столько смысл слов, сколько саму их тяжесть и холод. В груди защемило странное чувство - смесь уважения, жалости и досады.

- Не стоит желать чужих умений. Каждое из них оплачено своей ценой.

Фраза прозвучала как толчок в грудь, и на мгновение захотелось отвести взгляд, но Риз лишь сильнее выпрямился, улавливая за отстранённостью и неприступной маской тщательно скрываемую боль. Лицо Джейсона, спокойное и бесстрастное, с родинкой на виске, выглядывающей из под коротких волос, всё же выдало тонкую тень эмоции - напряжение в сжатой челюсти. Внимательный взгляд Риза подметил это, но он не понимал причины.

Он хотел что-то ответить, но его новый знакомый встал и пошёл прочь, как бы намекая, что разговор окончен. Риз поджал губы, но пошёл следом, перебирая в голове варианты, что ещё такое ляпнуть, чтобы заинтересовать разговором этого сурового юношу? А тем временем из темноты коридора вышли четверо. Их шаги были уверенными, лёгкими, как у тех, кто чувствует себя хозяином на любой территории. Риз Ван де Камп сразу узнал их лица — они стояли рядом, когда Морган валил его на землю. Они подшучивали над ним, а когда Риз обманул противника и выбил меч, они смеялись уже над своим товарищем. Риз умел запоминать такие вещи — кто и как смотрел, кто над кем смеялся, и никогда не забывал тех, кто смеялся лично над ним.

Первым вперёд шагнул высокий парень с короткими светлыми волосами и ухмылкой, перекошенной набок. За ним шёл коренастый, с накаченными плечами, как у быка, и чуть сутулой осанкой. Третий был смуглый, с тёмными глазами, пронзительными и насмешливыми. А четвёртый — молчаливый, с тонким лицом и сдой прядью волос у виска.

— О, смотрите-ка, — протянул светловолосый, — наш новичок уже нашёл себе телохранителя.

Риз почувствовал, как напряжение в воздухе сгущается, становясь почти осязаемым. Он мельком оглянулся на Джейсона, удивившись, что тот не ушёл, и заметил, как плечи юноши едва заметно напряглись. На его лице было всё написано - сейчас будет стычка, и главный виновник торжества, это Риз.

Он должен был испугаться, разволноваться, как нормальный подросток, оказавшийся в незнакомом окружении с весьма недружелюбно настроенными послушниками монастыря, но вместо страха внутри появилась решимость - он либо защитит себя, либо стушуется и будет терпеть издёвки до конца своих дней. Присутствие Джейсона немного успокаивало, даже если Риз понимал, что он не встанет на его сторону.

Он не отвёл глаз. Наоборот — дерзко вскинул подбородок, губы растянулись в улыбке, которая была одновременно вызывающей и лукавой. Его взгляд скользил по лицам охотников, будто он не защищался, а выбирал союзников в какой-то тайной игре. И каждый, на ком задерживался его взгляд, невольно хмурился, не понимая причины этого неадекватного поведения мальчишки.

— На самом деле это мой… подельник, — с ударением сказал он и большим пальцем ткнул в сторону Джейсона, едва успев вспомнить нужное слово на их языке. Оно прозвучало слегка чужеродно, грубовато, но именно это придало фразе особую смелость. — А вы как раз вовремя. Мы тут такое придумали..

Его шаги зашуршали по гравию двора, он подошёл ближе, призывным жестом подзывая их ближе, словно собирался раскрыть тайный заговор, и, понизив голос до заговорщического шёпота, сообщил:

— Мы собираемся совершить набег на винный погреб. Надо ведь отпраздновать мой приезд? Я стащил у настоятеля ключи. Может, ещё заглянем на кухню, я видел там шоколад, сыр и булочки с корицей. Нужно будет, чтобы кто-то отвлёк повара и охранников, два человека с этим справятся, если затеют заварушку. Один человек будет стоять на стрёме, а трое вынесут всё, что смогут унести.

Он говорил так уверенно, словно план давно обдуман и до мелочей выверен. При этом его руки живо жестикулировали, Риз вёл себя как лидер, готовый повести всех за собой в эту сомнительную авантюру.

Это была его стихия. В монастыре Риз был тем, кто выманивал ребят на крышу под звёзды, подговаривал украсть у повара лишний арбуз или подложить лягушку под одеяло старшего брата-наставника. И теперь, стоя под факелами нового монастыря, в глазах его загорелось то же пламя — озорное, весёлое, дерзкое.

Широкоплечий коренастый охотник фыркнул и скрестил руки на груди, оценивающе глядя на новичка и поглядывая на своих друзей. Светловолосый, тот самый, что заговорил первым, усмехнулся шире, обнажив кривые зубы:

— Какой ушлый малый, ты серьёзно стащил ключи у настоятеля?

В доказательство своих слов Риз извлёк из-за пазухи связку ключей, железо глухо звякнуло в его пальцах. Он показал её всего на мгновение, игриво улыбаясь, и тут же спрятал обратно. В воздухе прокатилась волна приглушённых смешков. Риз кашлянул в кулак, словно для солидности.

- Ну так что? Вы в деле?

Смуглый охотник с тёмными глазами чуть приподнял бровь. Его взгляд был внимателен, проницателен, он словно проверял новичка на прочность. Но в уголках губ дрогнула тень улыбки. Наконец они переглянулись и коротко кивнули друг-другу.

— Погреб и кухня, говоришь? — переспросил смуглый. — Ладно. Но если нас поймают, свалим всё на тебя.

— Не вопрос, я сын Виктора, — мгновенно парировал Риз, — если меня накажут, то не сильно.

Он посмотрел прямо в глаза Джейсону и с интригующей улыбкой подмигнул:

— Ты обещал показать, где винный погреб. Идём?

Отредактировано Jason Rhys Dou (25 сентября 20:17)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

Их дерзкая авантюра набирала обороты. Когда Джейсон сказал короткое «Идём», это прозвучало как тихое, но уверенное приглашение, а взгляд его показался Ризу упрекающим. Они прошли между складами, камни под ногами отдавали глухим эхом, и каждый шаг звучал громче, чем надо. Воздух становился всё холоднее и влажнее, в нём чувствовался запах гниющего дерева, старого хлеба и кисловатого вина.

Все выполняли свою часть миссии, у каждого была своя роль, Риз же чувствовал азарт и возбуждение от всплеска адреналина. Ему не терпелось познакомиться с местными правилами, пощупать систему наказаний, изучить местность и найти укромные секретные места и проходы. За этим он стащил связку ключей у отца. Вот только он собирался предложить авантюру Джейсону, а не этим оболтусам, что нарисовались так не вовремя и помешали ему.

По пути к винному погребу он оглядывался на сосредоточенное лицо Янга, пытаясь угадать, на чьей он стороне? Сам по себе? Или уже немножко на стороне Риза?

Щелчок и тяжёлая створка отворилась на скрипящей петле.

— После тебя, - прозвучало глухо, Риз кивнул и бесстрашно пошёл вперёд. Они спустились по крутой лестнице в полумрак, вылавливая в темноте очертания обстановки. Мир здесь был полон запахов — выдержанное вино, смола обшивки, старое дерево, сырость и лёгкая кислинка.

Едва они вошли, дверь за ними с глухим грохотом захлопнулась. Сначала это показалось обычным шумом — часть скрипящей механики — но затем раздался отчётливый щелчок замка. За ними послышался отдалённый, издевательский смех, который быстро угас. Момент был коротким, а ощущение — острым, как удар током.

- Scheisse... - тихо вздохнул Риз. Он был уверен, что трое других послушников были настроены серьёзно, но вот этот скользкий блондин, похоже, почувствовал конкурента за лидерство. Ван де Камп младший мог бы и сам его в подвале закрыть, если бы многозначительно подмигнул Джейсону и тот бы понял - противников теперь не четверо, а всего один, от него легко избавиться. Но Риз никогда не шёл первым на подлость.

В отличие от прежних раз, когда подобное с ним случалось и он ощущал только обиду и страх, теперь его грудь наполнилась странным облегчением и каким-то теплом, словно кто-то неожиданно отдал ему нежданный, но очень желанный подарок — время и уединение, короткую свободу от насмешек и чужих глаз.

— Я только одно хочу спросить, Риз, ты хоть представляешь, сколько весит бочка с вином?

Риз повернулся и внимательно посмотрел на своего брата по несчастью, который попал из-за него в передрягу и, кажется, ничуть на него не сердился. В свете, который Джейсон озарил зажигалкой, пространство вокруг стало теснее и теплее, пламя нарисовало на лицах резкие тени, вылепив черты так, как их не увидишь при ярком дневном свете. Он хотел ответить, но слова застряли в горле при виде лица Джейсона, которое было сейчас совсем другим - не как камень, напряженное и затвердевшее, а расслабленное, мягкое, спокойное. Будто он внезапно снял маску и показал себя настоящего на секунду. Или Ризу это чудилось из-за игры теней.

— Ты думаешь, мы потащим всю бочку? — Риз смотрел в глаза Джейсона с загадочной улыбкой, будто завороженный моментом, который никто не сможет у него отнять, — Зачем? Наверняка тут есть тара поменьше...

Он мягко взял его за запястье руки, державшей пламя, поднял её выше и чуть в сторону, и обнаружил факел на стене. Риз отошёл, чтобы снять его и вернулся к Джейсону, чтобы зажечь его зажигалкой, и вскоре факел осветил им чуть больше пространства. Его свет выхватывал из темноты ряды деревянных стеллажей с небольшими бочонками и большими бочками вина, на стенах висели сушеные травы и вяленая рыба, по углам лежали солончаки и узлы мешков, а пол был покрыт толстым слоем пыли.

Риз улыбнулся шире, и улыбка его была такой же простодушной, какой она была в монастыре, когда он бегал под дождём - открытая, шаловливая, озорная.

- Возьмём бочонок или два, этого хватит, чтобы напиться?

Улыбка его вдруг померкла, напоровшись на взгляд Джейсона. Риз шагнул ближе, осторожно, будто боясь спугнуть, и произнёс мягче:

— Не переживай, мы выберемся отсюда. Я могу взломать замок, если найду чем. Подержи...

Он отдал Джейсону факел, сунул руки в карманы и нащупал то, что искал, вытаскивая на свет и внимательно разглядывая: тонкая металлическая дуга от часов, прихваченная когда-то в монастырской мастерской вместо шила, старая заклёпка, бейсбольная проволока, что только показалась несущественной, но в его руках могла стать чем угодно.

— Джейсон, — сказал он тише, сосредоточенно разглядывая свои богатства, — Мне совсем не хотелось веселиться с этими придурками. Я хотел остаться наедине с тобой.

Он поднял на него взгляд и добродушно улыбнулся, а затем прошёл мимо него. Их плечи едва коснулись, Риз подошёл к двери и присел на корточки, губы его сжались в сосредоточении, пальцы двинулись к замочной скважине быстро и уверенно, как у вора, привыкшего извлекать ценное из запретных мест.

— Посвети мне, пожалуйста, — попросил он, не оборачиваясь.

Когда свет пламени выхватил из мрака тонкие контуры замочной скважины, Риз приблизился к ней, вглядываясь в темноту.

- Ближе... только не спали меня, - усмехнулся он, отодвигая плечо от факела и сдвигаясь чуть ниже, чтобы видеть защёлки внутри замка.

Он слушал, как металл скользит, чувствовал каждую вибрацию в пальцах. Мысли его бежали наперегонки - как вынести незаметно пару бочонков, как разлить их по бутылкам и где их взять, как устроить беспорядок в погребе, как потом секретно подбросить несколько бочонков в комнату того же Чада и настучать отцу о похищении ключей.

— Этот... Чед или Чад, придурок этот, — пробормотал Риз, не отрываясь от своего занятия, — он заплатит. У меня есть план. Ты знаешь, где его келья? Давай подбросим ему несколько бутылок вина, или пару бочонков. Мой отец узнает, у кого ключи, и что здесь кое-что пропало. Думаю, ему влетит за пьянство.

Риз посмотрел на Джейсона и заговорщически улыбнулся. В его голосе звенела уверенность, смесь мальчишеской дерзости и трепета, спрятанного глубоко внутри. Он любил устраивать безобидные шалости, но мог организовывать и серьезную месть, если кто-то того заслуживал. И тогда его противники могли сильно пожалеть, что связались с ним. У Риза было, что называется, шило в жопе, а ещё он был горазд на выдумки, чаще всего такое сочетание порождает злодеев. И Риз, со всем своим злодейским потенциалом, с огромным удовольствием и энтузиазмом брался за месть.

Он услышал щелчок — тихий, но оглушительный в тишине подвала. Риз выпрямился, отряхнул колени и встал, глядя на лицо Джейсона, освещённое оранжевым светом факела.

— Готово. Путь свободен, — объявил он и пожал плечом так, будто сегодня обычный день из его жизни. - Ну что? Ты мне поможешь? Такое ведь нельзя спускать с рук...

Отредактировано Jason Rhys Dou (26 сентября 22:45)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

Реплики Джейсона оставались без ответа, пока Риз был слишком сосредоточен на вскрытии замка и обдумывании своего гениального плана мести. Однако, когда он закончил, в голосе Джейсона не было настоящего одобрения, его похвала была фальшивкой, будто ничего полезного Ван де Камп младший не сделал. И вскоре стало ясно, почему.

Ещё не успев спрятать самодельную отмычку, Риз замер, когда взгляд его упал на связку ключей, висевшую прямо у двери. На мгновение его дыхание сбилось. Щёки вспыхнули так, будто его только что застукали за чем-то непристойным.

— Sie… — он шумно втянул носом воздух, обернувшись к Джейсону. — Sie wussten die ganze Zeit von diesen verdammten Schlüsseln?!

Голос его дрогнул, и от злости и от унижения, пальцы сжались в кулак так крепко, что костяшки побелели. Он почти слышал, как Джейсон безмолвно усмехается внутри, и это выводило из себя больше, чем насмешки Чада с его шайкой.

— Ты всё это время знал про чёртову связку ключей?… — прошипел Риз, переходя обратно на английский. — Ты просто стоял и смотрел, как я корячусь у этой чёртовой скважины? И тебе ни капли не стало меня жалко?

На его лице отразилась вся гамма разочарования и обиды. Риз поджал губы, резко повернулся, будто хотел уйти первым, но остановился у двери, глубоко и часто дыша. Выходка Чада его совершенно не тронула, тогда как эта мелочь от Джейсона задела за живое. Секунду простояв, Риз хмыкнул, почти в отчаянии бросив:

— Плевать. Пусть висели там хоть сотня ключей — я всё равно открыл бы замок. Потому что я могу. Потому что я — не просто «сынок Виктора». Неделю назад я вообще не знал, что у меня есть отец.

Он глухо усмехнулся, глядя на Джейсона исподлобья, но в этом смехе слышалось больше боли и злости, чем веселья.

- И знаешь, что? - Риз вдруг шагнул ближе, словно хотел встать прямо перед ним и бросить вызов своим юношеским упрямством. Его глаза блестели в свете факелов, дыхание было горячим, обжигающим.

— Лучше быть ботаном, — процедил он, — чем таким, мудаком, как… — он осёкся, задержав взгляд на лице Джейсона. Что-то в глубине души противилось тому, чтобы обзывать этого парня. Какое-то тепло к нему, появившееся ещё в первый раз, когда он увидел его. Первое впечатление, и второе, когда он видел, как несправедливо отчитывали Янга на тренировке.

Риз вздохнул, опустив глаза, и пробубнил себе под нос:

— …как Чад и компания.

С этими словами он резко развернулся и толкнул дверь, пружинистой походкой вырываясь наружу. Он знал одно: эти охотники - Чад, Морган, и даже Джейсон - никогда не позволят ему чувствовать себя равным. В силу возраста. В силу опыта. Но именно поэтому Риз так отчаянно хотел доказать обратное им и себе.

И Джейсону тоже.

Холодный ночной воздух ударил в лицо, охлаждая горящую кажу. Риз жадно втянул его, будто смывая с себя обиду, чуя в воздухе запах озона, сырого мха и чего-то металлического. Слова Джейсона доносились до его слуха и Риз понимал — для этого парня предложенная Ризом вендетта являлась чем-то незначительным, детской игрой, которой можно было пренебречь ради других, более серьёзных дел, одно из которых удачно нарисовалось прямо сейчас.

Риз заскрипел зубами. Он не привык быть ведомым. В монастыре он был зачинщиком — он вёл других за собой, придумывал, куда бежать и как выкрутиться, а в крайних случаях выгораживал других и защищал, беря всю вину на себя. Он воспринимал наказания как личные заслуги, и знал, что отец Эцио любил его, не смотря ни на что. Он говорил, что у Риза доброе сердце, и за это ему можно многое простить.

А сейчас… никто не знал о его сердце, всем было плевать на тот огонь, который горел внутри. В нём видели глупого и наивного ребёнка, которым можно командовать только потому, что он слабее.

Уйти в этой ситуации означало признать, что он именно такой - слабый и беззащитный ребёнок, которому рано ввязываться во взрослые авантюры. Риз шмыгнул носом и пошёл за Джейсоном. Тихо. Сдерживая каждый порыв сказать что-то, хотя нутро его бунтовало.

— Вот чёрт… — подумал он про себя, сжимая кулаки так, что ногти врезались в ладони. — И зачем я за ним плетусь, как сопливый щеночек? Может, остановиться, развернуться и гордо уйти?

И всё же он не остановился. Любопытство, как всегда, оказалось сильнее упрямства. Он хотел знать, что заставило Джейсона насторожиться, что такого важного можно было найти в глухой части крепости?

Когда они, укрывшись в кустах, увидели группу охотников, Риз сперва не понял. Лишь свет факелов вырвал из темноты процессии фигуру пленника. Человек, руки связаны, мешок на голове, походка сломанная, будто кости вот-вот развалятся. И кровь, запёкшаяся на вороте рубахи, пропитавшая ткань. Риз почувствовал, как в груди что-то сжалось, дыхание стало коротким и неровным. Его ладони похолодели и сжались в кулаки, ища какую-то опору.

— Куда его ведут?… — выдох сорвался сам собой. Голос был слишком тихим, но слова различимы.

Он вглядывался в эту сгорбленную фигуру, и у него внутри всё похолодело. В голове вспыхнули образы - брат-наставник, которого они в монастыре однажды нашли избитым чужаками; лицо того бездомного старика, которого он подобрал на улице и притащил в монастырь в прошлую зиму; и теперь этот человек, которого тащили куда-то охотники.

— Добро пожаловать в настоящий Орден Леопольда, Риз. Здесь не только учатся драться. Здесь вершат чью-то судьбу. Иногда... без свидетелей.

— Он один из нас? — тихо прошептал он, обернувшись к Джейсону.

Риз больше не чувствовал себя обиженным мальчишкой. Теперь он был испуганным мальчишкой, но испуганным не за себя. У него появился ряд вопросов к этому «новому дому», в котором он теперь жил, и к его обитателям. И эти вопросы были важны не меньше, чем его месть Чаду, от которой он ещё не до конца отказался.

— Запомни: ты ничего не видел. Ни пленника, ни меня здесь. Иначе...

Риз понаблюдал за этим всем делом, потом не выдержал. В груди словно лопнула тонкая, но жгучая нить. Ноги сами подняли его на землю, и он вышел из-за кустов, не оглядываясь.

— Уходи, Джейсон, — бросил он через плечо глухо и резко. — Я тебя не видел, я понял.

Ему было плевать, заметят его или нет, и как скоро, а еще плевать, каким будет наказание. Он не боялся за себя, живя с уверенностью, что терять всё равно нечего. Жизнь его не такая хорошая, чтобы за нее переживать. Риз всегда воспринимал её как случайный выигрыш в плохой игре. Что с того, если её отберут? А вот справедливость, честь, добро, геройство - это стоит того, чтобы сделать что-то отчаянно дерзкое, наперекор всем.

И Джейсону тоже.

Каждый шаг по каменной плитке двора отдавался громче удара сердца. Он даже не обернулся, чтобы проверить, следует ли за ним Джейсон. Его не останавливало чувство самосохранения — его у него никогда не было в избытке, — но злое, жгучее упрямство заставляло идти вперёд. Он хотел видеть. Хотел знать, что происходит.

Тени под стеной были густыми, и он скользнул вдоль каменной кладки, стараясь, чтобы подошвы едва касались земли. Двигался он быстро и ловко, почти бесшумно — так он бегал по монастырскому двору, когда крался к кухонному окну за булочками. Только теперь булочки не имели к этому никакого отношения.

Дверь склада оказалась закрыта, что было ожидаемо. Риз поднял голову - каменная кладка уходила вверх, мокрая от ночной сырости, скользкая, с выступами в пол-ладони. Для обычного мальчишки — непреодолимая стена. Но Риз упрямо вцепился пальцами в щели между камнями, упираясь носками сапог в холодный камень, и начал подниматься наверх.

Он двигался рывками, нащупывая руками и ногами удобные камни, за которые можно было зацепиться. Сердце колотилось от напряжения, кровь шумела в ушах от натуги, мышцы дрожали еще со вчерашней тренировки, а ладони покрылись тонкой плёнкой влаги от пота. Несколько раз нога предательски соскальзывала, но он упорно двигался выше.

И вот, цепляясь из последних сил, он подтянулся к узкому оконцу. Решётка была ржавая, покрытая чёрными разводами, но прочная. Риз уцепился за неё, вжался лицом в холодный металл, стараясь заглянуть внутрь. Свет факелов плясал по стенам, он слышал отзвуки шагов, а вскоре увидел и фигуры охотников. Глаза его расширились, он боялся моргать, игнорируя боль в руках и гул усталых мышц. Он должен был увидеть.

Отредактировано Jason Rhys Dou (28 сентября 00:29)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

За ржавыми прутьями открывалась картина, будто вырванная из фильма ужасов Склад, который снаружи казался обычным подсобным помещением, внутри был куда больше — своды уходили глубоко, и под ними стояли десятки ящиков и мешков. Но всё это терялось на фоне того, что происходило посреди зала.

Факелы, расположенные на стенах по кругу, отбрасывали жёлто-красный свет на каменный пол. Там, в центре, охотники в черных плащах с капюшонами, надвинутыми на лица, сомкнулись полукольцом. Двое держали пленника за плечи, третий рывком сорвал с его головы мешок.

Риз затаил дыхание. Лицо пленного было бледным, измождённым, с тёмными синяками под глазами и татуировками на скулах. Длинные спутанные волосы слиплись от крови, но лицо его было красивым и молодым. При этом он казался старше большинства охотников, это чувство возникало при взгляде на него — ощущение, что он старше, мудрее, умнее. На его шее поблёскивали толстые кандалы, а губы беззвучно шевелились, словно он молился или нашёптывал заклятие.

— Он вампир, — тихо, но отчётливо сказал один из охотников. Его голос отразился от стен, как гулкий удар.

Риз почувствовал, как в груди всё оборвалось. Вампир. Настоящий! Не байка из сказок, не абстрактный враг, а живой — вот он, в цепях, с кровью на губах.

Круг вокруг него замкнулся. Один из охотников снял капюшон и выступил вперёд, опуская ладонь на рукоять меча. Это был брат Кассиан. Его голос прозвучал как приговор:

— На рассвете тебя казнят. Но сейчас ты расскажешь всё, что знаешь. Иначе твоя смерть будет мучительной и долгой.

Пленник тихо усмехнулся и покачал головой, будто охотник сморозил несусветную чушь. Голос его прозвучал хрипло и надломлено:

- Не цепи сдерживают меня, а нежелание пачкать руки в вашей крови. Ты удивишься, но некоторые вампиры куда человечнее вас, охотников...

Брат Малкон шагнул вперёд, его голос гремел в полумраке:

— Замолчи, тварь! - его кулак с силой и глухим стуком влетел в лицо вампира, - Не смей запугивать! От тебя ждут информации, и потом ты умрёшь. Вопрос, как быстро и на сколько болезненно.

Риз прижался к решётке сильнее, чувствуя, как по спине пробегает дрожь. Что-то неотвратимое держало его на месте, он прислушивался к каждому слову.

— Если вы меня не отпустите… — вампир слизал выступившую на губе кровь. — Я… я потеряю контроль. Без крови я могу впасть в безумие. И тогда… — он обвёл взглядом охотников, и его голос прозвучал громче: - Тогда никто из вас не выживет. Вы все погибнете, все до одного. А ведь среди вас есть невинные...

Взгляд пленника поднялся медленно, словно сквозь толщу воды, и встретился со взглядом Риза через решётку окна. Сердце мальчишки ухнуло вниз, будто кто-то выдернул опору из-под ног. Пальцы его ослабли, он едва не сорвался, и холодный камень, скользкий от сырости, выскользнул из-под ладоней. Но Риз успел вцепиться сильнее, прижался щекой к шершавой кладке. Он понимал — этот взгляд не был взглядом чудовища. В нём не было звериного голода, ни свирепости, ни хищного блеска, о которых рассказывали наставники. Там был другой свет — человеческий, почти болезненно ясный. Свет человека, загнанного в угол, раздетого до костей и истины, но всё ещё держащегося за своё достоинство.

Мальчик почувствовал, как этот взгляд проходит через него, как холодный ветер. И вместе с этим ветром поднялось нечто странное: жалость и острое, режущее желание помочь. В голове Риза всё кувыркалось. Ему с детства вбивали: вампиры — чудовища, голодные, злые, бездумные. Но то, что он видел сейчас, переворачивало мир с ног на голову.

— Не смей запугивать нас! — голос охотника прорезал воздух, и тяжёлый удар кулака упал на лицо пленника. Риз крепко зажмурился, словно этот кулак пришёлся ему самому.

— Пожалуйста… — хриплый, надломленный голос пленника всё равно звучал отчётливо, сквозь шум крови в ушах. — Я не могу вам ничего сказать, клянусь… На мне заклятье. Память моя была стёрта в тот же час, что меня взяли в плен. Вы зря тратите время. Лучше убейте меня прямо сейчас…

Его руки дёрнулись, пытаясь подняться, но тяжёлые кандалы лишь звякнули и опустили их обратно. Брат Кассиан недоверчиво встретился с ним взглядом, поднял руку, останавливая летящий кулак Малкона.

— Что ж, ночь длинная, — его голос был тихим и ледяным. — Возможно, под пытками ты вспомнишь. Если так, на рассвете ты умрёшь, Вальтер. Если нет — будем пытать тебя вторую ночь. И третью. Пока от тебя не останется лишь мокрое место.

Риз почувствовал, как его собственные ладони взмокли. Жалость выворачивала нутро. Он верил этому Вальтеру. Это был не монстр из сказок — а человек, униженный, сломленный, умоляющий о смерти как о милости. И при этом он не угрожал, не выл, а говорил о своей человечности.

Внизу охотники переглядывались. Кто-то фыркал, кто-то усмехался, кто-то уже раскладывал на столе пыточные инструменты. Стальные крюки и раскалённые щипцы сверкнули в огне факелов.

Риз понял, что видел достаточно. Слишком много. В груди поднялась тяжесть, его дыхание сбилось, а сердце стучало так, что вибрация шла по пальцам, вцепившимся в камень. Он не мог и не хотел наблюдать за пытками.

Он оглянулся вниз. Настоящей проблемой было не подняться сюда, а спуститься. Камни были скользкие, пальцы дрожали. Попробовав сползти, он понял: лучше прыгнуть. Выбрав ровное место внизу, Риз оттолкнулся от стены и прыгнул, сгруппировавшись. Удар о землю прошёл по ногам горячей волной. Он кувыркнулся через плечо, сглаживая падение, и вскочил, но шум получился громким.

Он метнул быстрый взгляд на Джейсона, стоявшего внизу, и жестом поманил его - надо уходить. Быстро. Сейчас.

Они рванули прочь, скользя по тёмной дорожке между складом и мастерскими. Риз успел заметить в кустах неподвижную тень — кто-то из охотников, похоже, спал, вырубленный тем же Джейсоном. Сердце билось с такой силой, что отдавало в висках, как барабан. Он мчался, подгоняемый страхом быть обнаруженным и нарастающей бурей эмоций, которых сегодня было слишком много.

Наконец, они остановились в безопасном месте — у старой колонны, обвитой плющом. Риз прислонился к ней, обхватил руками колени, пытаясь отдышаться. Его трясло - ноги дрожали, во рту пересохло, горло сдавило. Он поднял взгляд на Джейсона.

— Мы должны спасти пленника, — выдохнул он, переводя дыхание и облизывая пересохшие губы. Он прикусил их, соскребая зубами сухую кожицу с нижней губы.

— Они сказали, что будут пытать его всю ночь, а на рассвете казнят. Но если он не расколется — а он не расколется, — то они вернутся следующей ночью. То есть, у нас будет время его вызволить…

Он посмотрел Джейсону в глаза. Взгляд был напряжённый, почти просящий. И голос, звучавший до этого резко, вдруг смягчился и обрёл детскую интонацию, которой Риз сам от себя не ожидал:

— Пожалуйста, Джейсон… скажи, что поможешь мне?

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

Голос Джейсона звучал так, будто высекал приказ металлом по камню - холодно, чётко, сдержанно.

- За мою помощь ты будешь мне должен. Одно обещание. Когда-нибудь я спрошу с тебя. И ты выполнишь его. Без вопросов, без споров. Ты понял?

Каждое слово ложилось тяжёлым грузом, и Риз чувствовал, как внутри него борются два желания. Первое - запротестовать, потому что это Джейсон привёл его сюда, из-за него Риз полез на стену и увидел то, что увидел, а назад повернуть уже не мог. Второе - просто согласиться, чтобы этот день скорее закончился. Сын настоятеля по-настоящему выбился из сил, и физически, и эмоционально. Он буквально валился с ног от усталости, мышцы его дрожали, местами ныли от ушибов и растяжения, да и нервы были расшатаны на столько, что он готов был разрыдаться, если бы Джейсон ему отказал.

Он выбрал покорность. Это было правильнее в данный момент. К тому же, Риз испытывал странный, почти болезненный трепет всякий раз, когда Джейсон смотрел ему прямо в глаза. Когда он был таким серьезным, холодным и строгим, во взгляде Риза появлялась уязвимая нежность, а на губах мелькала тень затаённой улыбки. В такие моменты хотелось просто кивнуть и выполнить всё, что он скажет, потому что его слова звучали уверенно и сильно. Будь это не Джейсон, внутри поднялась бы буря. Гнев и ярость, что кто-то смеет ставить на него печать долга, приказывать, лишать самостоятельности и права выбора. В его венах ещё кипела кровь, он буквально чувствовал, что не сможет удержаться и всё равно сделает всё по-своему, но сердце замирало в груди, когда Джейсон смотрел на него этим грозным взглядом.

— Понял.

И всё же, на губах его заиграла улыбка — хитрая, лукавая, мальчишеская. Он кивнул, проглотив протест, и сказал то, что от него ждали:

- Хорошо, как скажешь. Доброй ночи, Джейсон.

Он вернулся в корпус — один, как приказано. На молитву он опоздал, но, как всегда, отговорка нашлась - «Уснул и проспал». Правдоподобная ложь слетала с его губ так же легко, как дыхание, и угрызениями совести он не мучился. Молитва и поздний ужин в компании Виктора были лишь шумным фоном, в голове Риза зрел план спасения, учитывающий нюансы и детали. Отец задавал ему вопросы, но он почти не слышал, кивая на автомате.

Всю ночь Риз ворочался на жёсткой койке в своей келье, перекатываясь с одного бока на другой, а потом на спину, уставившись в потолок. Каждый аргумент пленника, каждое хриплое слово звенело в ушах. И, вместе с тем, каждая фраза Джейсона — как вызов. «Мы идём ночью. Ты не делаешь НИ-ЧЕ-ГО без моего сигнала. Никаких импровизаций, никакого геройства.» Да как он мог всерьёз рассчитывать, что Риз его послушается? Учитывая их не долгое знакомство, Джейсон Янг мог бы предположить, что Риз Ван де Камп не из послушных мальчиков, что поют в хоре. Если ему указывать, в нём непременно взбунтуется дух антагониста и он пойдёт все делать наперекор, просто из вредности.

Риз глубоко и шумно вздохнул. С другой стороны ему совсем не хотелось ссориться с этим парнем. Он выбрал его по какой-то причине, интуитивно, безотчётно, и теперь видел, как больно будут сталкиваться каждый раз их такие разные, и такие жесткие характеры. Но это только подогревало интерес и усиливало его упрямство добиться своего.

И когда наступило утро, Риз уже знал, что делать. Его мысли переплетались в нестройный, но чёткий план. Он сам его придумал. Он сам возьмётся за его реализацию, а Джейсон ему поможет. Или нет. Риз не был уверен, что этот парень не пошлёт его, узнав, что тот его не послушался. Поэтому нервничал, переживал, места себе не находил на тренировке. Мышцы его болели, он едва мог шевелиться, и благо тренер, брат кто-то там (Риз не запомнил его имя) это понимал и не гонял его слишком сильно.

Перерыв выдался коротким — пятиминутная передышка между сериями упражнений. Сухая пыль тренировочного двора висела в воздухе, солнце било в глаза, вокруг гулко звучали удары по мишеням и ритмичный топот ног. Риз взял бутылку и сделал несколько жадных глотков воды, после чего приблизился к месту отдыха Джейсона. Он присел на корточки рядом с ним, будто завязывая шнурок.

— Я всё придумал, - сказал он, - Слушай внимательно, у нас мало времени. Я подверну ногу, меня отпустят с тренировки. Отпросимся вместе - ты будто бы помогаешь мне идти, потому что я сам идти не смогу.

Глаза его блестели, он говорил быстро, озираясь по сторонам:

— Действовать нужно сейчас. Ночью будет поздно — они снова придут к нему. А сейчас все на тренировке, это наш шанс.

Он поднялся и чуть наклонился к Джейсону, понизив голос до едва слышного шёпота:

— Я уже проверил, возле его двери всего один охранник. Я его отвлеку, а ты вырубишь. Потом зайдём на склад, вампир днём спит, мы спрячем его в одном из ящиков. Перенесём его в винный погреб. Никто не подумает, что вампир мог сбежать и затаиться в винном погребе, все решат, что он просто сбежал.

Риз посмотрел в глаза Джейсона, оценивая его готовность, и внутри него каждый нерв напрягся. Его лицо, покрытое тонкой испариной пота, светилось странным смешением азарта и страха.

— Вечером мы придём к нему сами. Поговорим и отпустим. — он смотрел на Джейсона немигающим взглядом, что не терпит возражений. В его словах звучала та самая упрямая горячность, из-за которой его можно было любить равно как и ненавидеть.

— И не говори, что это безумие, - прошептал он. - Ты сам знаешь, план хорош. Пожалуйста, скажи «да».

Отредактировано Jason Rhys Dou (1 октября 00:27)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

Риз почувствовал, как у него внутри что-то отпустило, когда Джейсон, наконец, едва заметно кивнул. Маленькое, почти незаметное движение головы — и всё. А для Риза это значило целый мир. Его сердце ухнуло вниз, а потом, будто пойманное ветром, резко рванулось вверх, разгоняя по телу кровь с адреналином. Он с трудом сдержал улыбку, такую светлую и счастливую, что она совершенно не вязалась с опасностью того, во что они ввязывались. Однако, он почувствовал на себе внимательный взгляд брата Кассиана и быстро сделал вид, что снова проверяет шнурки, чтобы никто не заметил их короткого разговора, а уже через пару минут Риз начал играть свою роль.

Это было даже проще, чем он ожидал. Слишком просто. Тренировка гремела и звенела вокруг: глухие удары, выкрики охотников, звон металла. Всё внимание было там, на дворе. Никто не следил за ними. Риз специально сделал шаг чуть шире, чуть неуклюжее — и с тихим, но убедительным вскриком упал на землю. Взгляды нескольких охотников, в том числе наставников, устремились к нему. Актёр Риз схватился за щиколотку, перекосил лицо и зашипел от боли настолько правдоподобно, что даже сам на мгновение поверил, что она у него вывихнута лодыжка.

И вот оно. Само сложилось. Само пошло по ниточке.

— Встань, — услышал он суровый голос наставника, но не подчинился сразу. Сделал попытку подняться, скривился, снова рухнул на землю. Лицо его побледнело, глаза увлажнились от сдерживаемых слёз.

Вокруг послышались смешки — кто-то усмехнулся, кто-то пробормотал что-то насмешливое. Но тренер махнул рукой:

— Янг, помоги ему. Пусть отдохнёт.

И Джейсон, с привычной хмурой серьёзностью, подыграл. Сухо, без лишних эмоций, как будто всё действительно происходило по учебнику. Риз поймал его взгляд — короткий, безмолвный, но достаточно ясным. Всё было в этом взгляде, им не нужно было что-либо говорить, чтобы понять друг-друга. Никто ничего не заметил, но это была искра, буря, взрыв. Тихий и молчаливый, на уровне двух сознаний.

Они шли медленно, будто каждый шаг отдавался болью. Риз обвивал рукой плечо Джейсона, прихрамывая, изображая всё ту же гримасу мученика, а рука его сообщника приобняла его и придерживала за талию. Сердце колотилось так, что отдавалось в висках, Риз чувствовал запах пота, кожи и металла рядом, плечо Джейсона - твёрдое, как сталь, - держало его крепко и уверенно. И от этой поддержки, пусть даже липовой, в груди стало тепло.

Они покинули тренировочный двор под взглядами товарищей, которые даже не обратили особого внимания. Всего лишь очередная мелкая травма. После этого их объятья расцепились и Риз ускорил шаг, оглядываясь с опаской по сторонам. Впереди — каменные коридоры, сырой полумрак, запах известки и копоти от факелов. Каждый шаг отдавался эхом, и Риз ощущал, как кровь стучит в висках.

- Если ты сердишься, я пойму, — прервал молчание Риз, — но всё равно, спасибо! Что бы ты не попросил взамен, я на всё согласен.

Риз бросил эту фразу на эмоциях, не обдумав толком, и ему даже не пришло в голову, что этот парень мог бы попросить его о чём-то очень плохом, что бы он точно не стал делать.

Коридор вывел их к задней части склада. Дальше всё зависело от них, нужно было действовать быстро и сообща. Там, у двери, привалившись спиной к стене, сидел охранник, вяло ковыряя острием меча землю, и Риз был уверен, что, помимо этого меча, у него имеется огнестрел. К счастью, его глаза были полузакрыты, он боролся со сном, зевая во весь рот.

Риз жестами объяснил Джейсону, что ему нужно встать за углом, а сам принялся играть роль приманки. Он отошел на приличное расстояние, театрально охнул, закричал и упал, ухватившись руками за живот, будто от резкой боли. Охранник сразу встрепенулся, недоумённо нахмурился, встал и выпрямился, пытаясь разглядеть, что с пацаном.

- Эй, парень, - окликнул он, и неспешно двинулся к нему. Риз лежал к нему спиной и корчился на земле будто бы от очень сильной боли. Когда охранник поравнялся с местом укрытия Джейсона, Риз услышал, как на него обрушилась внезапная атака прежде, чем тот успел что-либо понять. Ван де Камп младший встал и оглянулся, наблюдая, как его новый друг укладывал на лопатки здорового мужика, будто делал это тысячи раз.

Риз восхищённо усмехнулся, подождал, пока Джейсон заберёт ключи, после чего помог ему оттащить тело, аккуратно спрятав в заросли кустов так, чтобы с дороги не было видно.

— Быстрее, — прошептал он, подбегая к двери склада. Сердце билось в горле, пальцы дрожали от страха, и он не знал, чего боится больше - того, что их застукают, или того, что ждёт их внутри?

Железная дверь скрипнула, когда Джейсон осторожно толкнул её плечом. Полутёмный склад встретил их гулкой тишиной, нарушаемой лишь их собственным шумным дыханием и мягкими шагами. Внутри пахло пылью, старыми досками, прогорклым маслом и чем-то ещё — сладковато-тяжёлым. Внутри было темно, только полосы света из высоких окон ложились на пол, рассеиваясь в клубах пыли.

И вот он.

В самом углу, прямо на холодном каменном полу, скорчившись и забившись в самый тёмный угол, лежал вампир. Спал ли он? Или просто не имел сил подняться? Трудно было сказать. Его тело было тонким, измождённым, тень человека, которого едва не сломали. Его кожа была землистого цвета, казалась почти прозрачной, волосы спутались, половина лица его была обожжена, другая половина - испачкана грязью и запёкшейся кровью. Его, очевидно, пытали, и Бог знает, что ещё ждёт его этой ночью.

Риз остановился, замер на пороге, сжал кулаки, пытаясь унять дрожь и собираясь с духом. В груди всё перевернулось от жалости и злости. Он сделал шаг вперёд, жестом подзывая Джейсона.

— Вот он, — прошептал он, и голос его дрогнул. — Он жив... спит.

Ему казалось, что даже стены слышат их дыхание. Каждый скрип пола, каждый шорох. Но они не могли повернуть назад, зайдя так далеко. Риз обернулся к Джейсону, глаза горели от смеси страха и решимости.

— Давай поместим его в ящик, — прошептал он, будто боялся, что громкий звук разбудит пленника. — Ты готов? Не передумал?

Отредактировано Jason Rhys Dou (2 октября 00:41)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

На каменный пол упала первая цепь. Риз вздрогнул - тяжёлый, металлический звук прошёл по его позвоночнику липким страхом. Он медленно повернулся и увидел, как Джейсон уверенно ломает оковы, гарантирующие хоть какую-то безопасность в присутствии пленного хищника.

— Ты думаешь, это хорошая идея? — прошептал он, делая едва заметный шаг назад. Пальцы непроизвольно сжались на краю ящика, а брови напряженно сдвинулись. — А вдруг он проснётся в плохом настроении?

Риз хотел ещё что-то сказать, но спорить было бессмысленно - он сам на это подписался. Даже больше - он сам это всё затеял, и теперь стоял, как растерянный подросток, пока Джейсон вставлял лом в последнюю скобу и заканчивал свое дело. Металл поддался и оковы упали на пол - этот звук показался Ризу оглушительно громким в тишине склада.

Вампир теперь лежал свободным. Без цепей. Без защиты. Лишь хрупкое тело, бледное и тихое, без преград между ними. Отец говорил, что вампиры спят днём, но они могут и проснуться в чрезвычайной ситуации. Теперь он ждал, что Вальтер может проснуться в любую секунду, и не мог сдержать страх, завывающий внутри. В спящем, обожженном лице Вальтера не было ничего угрожающего, пока он находился в глубоком сне. Но и Риз, и Джейсон знали, кто перед ними. За обманчивой беспомощной оболочкой стояла угроза, дикая и непредсказуемая. Риз сглотнул, сердце его билось учащённо, кровь стучала в висках, но он медленно кивнул.

— Ладно… — тихо сказал он, больше самому себе, — но если он очнётся и нападёт… я буду считать тебя не самым умным охотником в ценакулуме.

И всё же, когда Джейсон опустился, чтобы осторожно поднять пленника, Риз шагнул ближе, пытаясь как-то помочь. Всё же тело взрослого мужчины, пусть даже измождённого, не легко поднять. Однако, его новый друг справился сам, командуя ему заняться крышкой. Риз почесал в затылке, оглядываясь ища её, но взгляд всё равно каждую секунду возвращался на неподвижное тело.

— Берём с торцов, — коротко бросил Джейсон, и Риз, глотнув воздуха, подтянул коробку ближе к себе. Они подняли её вместе, отмеряя и синхронизируя движения, продвигаясь постепенно, шаг за шагом. Риз почувствовал, как мир сузился до грубой древесины под ладонями, до тяжести тела внизу и до стука собственного сердца в ушах. Груз был не лёгким, руки его горели, мышцы на предплечьях дрожали с непривычки, но он держал надёжно, не давая себе думать о последствиях или возможной патовой ситуации, где они выходят с этим ящиком в лицо охраннику или того хуже, в лицо Виктору Ван де Кампу.

К счастью, двор оказался пуст - лишь ветер шевелил кроны деревьев, за одно играя в их волосах. Риз шёл, глотая воздух, и в голове прокручивал маршрут, который они намечали - миновать коридор, обойти кладку дров и свернуть на повороте, двигаясь вниз по дороге к винному погребу. Сын Виктора бросил взгляд на стену склада - он знал каждый выступ камня этой стены после вчерашнего, и знал, что он сюда ещё вернётся - чтобы замести следы от их ног, по которым легко будет определить, что виновников в побеге Вальтера двое.

Им пришлось проскользнуть мимо вырубленного Джейсоном охранника, который мог прийти в себя в любой момент, и это добавило тревожных кошмаров в копилку Риза. Затем нужно было пробираться по узким проходам, где ворохи старых досок и кучки мешков образовывали лабиринт. Ящик заскрипел на углу, когда Риз нечаянно задел им стену, и сердце его подпрыгнуло в груди. Он поймал взгляд Джейсона и молча кивнул, мол, всё в порядке, он держит.

Когда они наконец дошли до лестницы, ведущей в винный погреб, дверь его была всё ещё открыта. Риз едва не поскользнулся на ступени, не видя, куда он идёт. Знакомый запах древесины и кисло-сладкого вина ударил в нос и согрел его изнутри ощущением, что самое сложное позади. Они поставили ящик в самый тёмный угол между стеллажами с бочками, чтобы никто не заметил. Отдышавшись, Риз наклонился и, почти не дыша, осмотрел ящик. Бессмысленно было забивать крышку гвоздями или наваливать на неё тяжелые бочки - всё равно тот, кто захочет выбраться, выберется. Рука его едва прикоснулась к плечу Джейсона в знак ободрения - они справились. Это прикосновение было кратким, но Риз вложил в него всё своё чувство облегчения и тихой радости от того, что им почти всё удалось. Осталось совсем немного.

— Ну что, оставим его здесь до темноты? - тихо спросил он, посмотрев на Джейсона и прислоняясь спиной к стене, - Никто не подумает копаться в винном погребе. Сначала обнаружат, что он сбежал. Поднимут шум, начнут допрашивать дозорных... В это время мы придём и поговорим с ним.

Он почувствовал, как голос у него дрогнул от неуверенности - ответственность за дальнейшую судьбу этого вампира, а возможно и за жизнь Янга ложилась на Риза. Но отступать было поздно.

- Теперь давай вернёмся в мою келью, - он посмотрел Джейсону в глаза и постарался улыбнуться как можно мягче, - Ты ведь должен был меня туда отвести.

Отредактировано Jason Rhys Dou (8 октября 01:12)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

С тех пор, как дверь погреба закрылась за ними, время начало тянуться медленно, превращаясь в вязкое, удушающее ожидание, где тиканье часов казалось слишком громким. Риз сидел на своей койке, упёршись локтями в колени, и сжимал кулаки до боли, пока костяшки пальцев не побелели. Он пытался читать. Пытался писать в свой дневник, но слова перед глазами путались, фразы ломались, а мысли шли куда угодно, только не к чему-то нейтральному. В подсознании всё время всплывал образ — бледное обожжённое лицо в полумраке, тонкие губы, измученные, но такие человеческие.

"С тех пор как я узнал, что вампиры существуют, я имел представление о них со слов отца. Но тот вампир, которого я впервые увидел, выглядел не как чудовище, не как страшилка, которую я себе представил, а как кто-то живой и нормальный. Слабый, чужой, но нормальный. И от этого у меня всё внутри перевернулось. Я не могу назвать это состраданием — слишком уж неловкое было чувство. Скорее это была трещина в моей уверенности. Сомнение, которое, раз появившись, уже не отпускает. Я сомневаюсь, что смогу убивать их, боюсь, моя рука не поднимется. Если бы это был зверь или монстр, чудовище, страшное и опасное — то вопрос стоял бы только в том, хватит ли мне физических сил? А здесь, чувствую, мне никаких сил не хватит убить его."

Он бросил взгляд на дверь. Тишина за ней казалась зловещей. Каждое потрескивание свечи, каждый шаг в коридоре заставлял его вздрагивать. Он несколько раз вставал, подходил к окну, вглядывался в двор. Братья возвращались с ужина, кто-то смеялся, кто-то нёс вёдра. Всё было, как обычно. Мир жил, не зная, что под его ногами, в глубине погреба, освобождённое сверхъестественное существо, ради которого они с Джейсоном поставили под угрозу всё.

Риз тяжело вздохнул, опустился на край кровати и вспомнил взгляд Джейсона. Холодный, сосредоточенный, как будто его тело лишь пустая оболочка без души.

"И всё же, в тот миг, когда ты разомкнул последние оковы, я видел на твоём лице какую-то эмоцию. Что ты прячешь, Джейсон? Страх?... Конечно, ты тоже боишься. Ты такой же парень, как и я, у тебя есть чувства. А эта маска... Когда-нибудь ты снимешь её."

Риз лёг на спину и уставился в потолок, где копоть от свечей оставила расплывчатые пятна.

Интересно, чем занят Джейсон?

Он не мог перестать думать о нём. Они знакомы всего лишь два дня, но их уже связывает страшная тайна, что делает их друг-другу ближе, чем кого-либо. Риз глубоко вдохнул и выдохнул, мысленно считая удары сердца. Один, другой, третий… Его глаза закрылись и сознание провалилось в дрёму, затягивая его в калейдоскоп тревожных снов.

***

Пробуждение произошло резко, Риз увидел во сне бледное лицо, избитое, с синяками под глазами и окровавленными губами, и это было лицо Джейсона. Он приподнялся на локтях, сел на край кровати и провёл рукой по лицу. Кожа была холодной, покрытой испариной пота. Риз провёл языком по пересохшим губам и прислушался. Тишина, только его дыхание и далёкий звон колокола, возвещавший вечернюю молитву.

Уже вечер? Надо успеть до темноты...

Он встал, надел куртку, взял фонарик, задвинул дневник под матрас и подошёл к двери, но едва он коснулся пальцами холодной ручки, как в уши ударил набат. Да так резко и громко, что Риз вздрогнул и уронил с табуретки у двери кувшин с водой - тот с глухим стуком разбился, расплескав по полу холодную лужу. Несколько секунд он стоял, не двигаясь, глядя с необъяснимой ненавистью на этот кувшин, пока его внимание не привлекли звуки из коридора - чей-то оклик, тяжёлые шаги, рёв голосов, приказы, топот сапог. Сердце Риза ухнуло в пятки. Он осторожно открыл дверь, выглянул — и тут же закрыл, отпрянув назад. По коридору быстрым и уверенным шагом шёл Виктор. Его лицо было каменным, взгляд — непоколебимым, и шёл именно к келье своего сына.

— Чёрт... — прошептал Риз и, секунду поколебавшись, рванул к окну, открыл его и махом сиганул вниз, приземляясь на ноги и руки, как большая кошка. Благо, это был первый этаж и падать было не высоко.

Отряхнувшись от песка, он побежал обходными путями в сторону винного погреба, стараясь не натыкаться ни на кого. Теперь нельзя было терять ни секунды, но и попасться кому-то из наставников означало провал - его тотчас же загнали бы обратно в келью. Вскоре он прошмыгнул через узкий проём, перебежками за кустами миновал внутренний двор, где уже сновали вооружённые охотники. В руках у некоторых были факелы, явно не для того, чтобы ими освещать пространство.

Они шли к погребу раздельно - так было разумнее. Каждый двигался своим путём, если бы одного из них поймали, другому бы пришлось всё сделать в одиночку. Солнце почти село и теперь каждый нерв напрягся, как натянутая струна, ожидая худшего. У двери винного погреба Риз увидел Джейсона. Тот стоял, как тень, неподвижный и собранный, и на миг показалось, что весь этот хаос его не касается.

Риз приложил палец к губам, подходя ближе и воровато оглядываясь. Разговоры снаружи были лишними, они поспешили войти внутрь погреба. Риз осторожно отпёр дверь, ведущую к лестнице, и спустился первым, держа в руке фонарик. Сырой запах земли и дерева ударил в нос, как и в прошлый раз. Над головой всё ещё гремел набат, но теперь звук был приглушённый и далекий.

Он оглянулся и убедился, что Джейсон спускается следом, аккуратно и бесшумно. Сердце забилось от страха так сильно, что казалось, его стук разносится по всему помещению. Он сделал шаг по землистому полу в сторону дальнего угла. Там, за рядами бочек, стоял ящик. Их ящик. Риз посветил на него и обнаружил, что он всё еще в том же нетронутом виде, в котором они его оставили.

— Мы должны открыть ящик, — прошептал он, не глядя на Джейсона. — И… вытащить его, наверно... Думаешь, он всё ещё спит?

Отредактировано Jason Rhys Dou (17 октября 00:50)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your

Время словно замедлилось и поплыло как в замедленной съемке. Каждый звук, вздох, трепет ресниц - всё обрело мучительную четкость, будто Риз смотрел на происходящее сквозь лупу, ловя каждую ужасающую деталь.

Когда Джейсон поднёс нож к запястью, в груди Риза что-то сжалось. Он хотел закричать "Нет!", схватить его руку, броситься вперёд, встать между ним и вампиром, остановить это любой ценой, но ноги будто вросли в каменный пол. Он видел, как на коже Джейсона расцветает багровая линия, как первая капля крови срывается вниз, и как воздух наполняется запахом опасности.

Риз видел, как Вальтер преобразился. Он больше не был тем пленником, которого юноша пожалел и захотел спасти. Теперь перед ними был Зверь, разбуженный запахом крови. В глазах его лишь голод, а тело - пружина, натянутая до предела. Он смотрел на Джейсона, на его шею, на руку, истекающую кровью.

Сердце Риза камнем рухнуло в пятки от мысли: "Я ошибся... Мы не должны были его освобождать…"

Он открыл рот, чтобы выдохнуть хоть слово, но не успел - удар в спину сбил его с ног. Он рухнул на колени, ощутив острую боль в ладонях, и едва успел обернуться, чтобы увидеть…

Охотник. Риз не разглядел его лица, но увидел, как мужчина схватил Джейсона, будто щенка, и откинул одной рукой в сторону. Вампир, бросившийся на него, получил в выстрел в грудь из дробовика. Погреб содрогнулся от громового раската. Вальтер отлетел, как сломанная марионетка, ударился спиной о камень, но тут же вскочил, словно боль - лишь досадная помеха.

— Бегите! — прорычал охотник, не отводя взгляда от вампира и готовясь к схватке.

Вальтер оскалил клыки и с рыком обрушился на него. Они прокатились по полу, влетев в ящики. И в этот момент Риз вскочил, хватая в потёмках Джейсона и унося вместе с ним ноги. Все его движения были инстинктивны, тело двигалось само, выталкивая Янга из погреба быстрее, чем тот успел возразить и ринуться на помощь несчастному охотнику, что спас им жизнь.

Вскоре они вырвались из погреба. За спиной осталась яростная схватка, скрежет когтей по камню и предсмертный крик, оборвавшийся так внезапно, словно его срезали ножом. Риз понял, что их спаситель уже мёртв, а дальше пальцы сами нащупали засов на двери и бездумно задвинули его.

За дверью наступила тишина. Ван де Камп отдышался, прислушиваясь, считая секунды и пытаясь осознать... принять то, что произошло.

— Он убил его, — прошептал Риз, голос его дрожал, — Убил охотника… из-за меня.

Он посмотрел на Джейсона - на эту кровь, сочащуюся из его запястья, на его спокойное, почти безучастное лицо - и впервые за всё время здесь почувствовал настоящий, неподдельный ужас.

— Джейсон… — чуть громче сказал он, — Они могли слышать выстрел, ты должен уйти, сейчас!

Какая-то часть сознания Риза кричала, что ему и самому надо убираться отсюда, вот только всё тело будто сковали невидимыми цепями. И это были цепи вины, которые не позволяли ему просто так уйти от ответственности. Он привёл сюда Джейсона, уговорил, убедил, и этот парень едва не погиб. Но погиб другой. Он представлял себе тело охотника, лежащее в луже крови, и понимал, что это из-за его глупости.

— Уходи! — вырвалось у него с ноткой отчаяния. — Это была моя идея! Мне и отвечать! Тебя здесь не было!

И тут раздался голос. Тихий, спокойный, пугающе человеческий:

— Откройте… я не причиню вам вреда.

Риз вздрогнул и обернулся к двери. Лишь на секунду в нём вспыхнула надежда, что это охотник, но он быстро понял, что это не его голос.

— Мы хотели помочь тебе, а ты убил нашего брата...

— Мне жаль… — голос звучал мягко, и в нём слышалось искреннее сожаление, — Я пытался сдержать Зверя, но не смог. 

Риз посмотрел на Джейсона. В глазах его стояли слёзы и растерянность.

— Послушай, мальчик, — продолжил вампир за дверью, — если вы не откроете, и сюда придут другие… мне придётся убить ещё больше ваших людей. Я не хочу этого. Я уйду. Просто отпустите меня.

Повисла тишина. Риз сделал шаг к двери, и сердце пропустило удар.

— Я открою, — сказал он чётко, и повернулся к Джейсону. Во взгляде его появилась жёсткость и настойчивость.

— Замотай руку, — бросил он. – Отойди, я сделаю это один.

Он подошёл к массивной двери, рука дрожала, от понимания, что это решение может стоить ему и Джейсону жизни. Но вампир был прав — если Риз не откроет дверь, может погибнуть еще больше людей.

Он взялся за засов, посмотрел на Джейсона в последний раз, и открыл дверь.

Вальтер открыл дверь и вышел, медленно, будто боясь разрушить хрупкое равновесие этого момента. Его внимательный взгляд упал на Джейсона первым — пристальный, глубокий, осознанный. Потом — на его руку, от которой исходил запах крови, который так дразнил Зверя. И наконец — на Риза.

Риз стоял, сжавшись в комок, с глазами, полными слёз, которым он упрямо не давал упасть. Его губы дрожали, пальцы впивались в ладони, будто пытаясь удержать хоть что-то от разваливающегося мира. Он не мог вымолвить ни слова — только смотрел с ожиданием своей участи. Вампиру ничего не стоило прикончить и этих двоих подростков, но такой поступок в его планы не входил.

Вальтер видел перед собой не охотников, а двух мальчишек, которые оказались слишком глупы, человечны, уязвимы, и так молоды, что отбирать их жизнь было бы бесчеловечно. Даже для него.

— Я запомню эту ночь, — сказал он им тихо, — Запомню вас и вашу услугу.

И в тот же миг он исчез. Не растворился в тумане, не скрылся в тени, а именно исчез, перестал быть на том месте, где только что был. Риз отшатнулся, оглядываясь по сторонам, но вампира нигде не было.

Отредактировано Jason Rhys Dou (30 ноября 10:29)

Подпись автора

I can't take another night Burning inside this Hell

Hell is living without your love Ain't nothing without your